Проза

"Солнце, старик и девушка" (рассказ). Василий Макарович Шукшин

Василий Шукшин
писатель, сценарист
Опубликовано 15.06.2018

Дни горели белым огнем. Земля была горячая, деревья тоже были горячие. Сухая трава шуршала под ногами.

Только вечерами наступала прохлада.

"В ДВЕНАДЦАТЬ ЧАСОВ ПО НОЧАМ". П.Г. Рыков

Павел Рыков
Оренбург
Опубликовано 11.06.2018

Сколько себя помню, раздирало меня желание петь. И всегда ничего кроме терзаний лично мне это не доставляло. А с чего началось? Покликала меня мама домой обедать. День воскресный, за большим круглым столом собрались все: дед, бабушка, папа, мама и двоюродный брат Славка.

А. С. Разумов. Достоевский и Солженицын. Опыт параллельного чтения.

Опубликовано 07.06.2018

Литературно-художественные журналы печатают романы и повести, стихи и рассказ, публицистические и критические статьи. Чего нет на страницах этих журналов, так это докладов с многочисленных читательских конференций, которые постоянно проходят по всей стране. Доклады с конференций публикуются в материалах конференций, и потому их читает и изучает узкий круг специалистов.

В.Д. Сологуб: «Найди Мне русский лес»

Опубликовано 07.06.2018

Я только что вышла из больницы, в этот день мне тоже нездоровилось, и почти всю ночь я не спала. Под утро, когда заснула, мне приснился сон. События, происходившие в нём, настолько были незаурядны, что я долго находилась под впечатлением увиденного.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "Все остальные дни" (окончание).

Опубликовано 01.06.2018

Сердце Финифатьева слипается в груди капустными листьями, скрипит. В груди волгло, непродышливо. Надо бы выпрямиться, распуститься телом, дать сердцу простор, но он боится потревожить притупившуюся боль, упустить тепло из-под одеяла и шинеленки, которое надышал: сердце, завязываясь в вилок, складывает, прижимает лист к листу, замирая в сиротливом отдалении, в знобном уюте, но какая-то струна звенит, дребезжит расстроенно в голове или в груди — не поймешь.

Павел Рыков. "ПОЛКАРАВАЯ".

Павел Рыков
Оренбург
Опубликовано 31.05.2018

Не должен бы я это помнить по моим тогдашним малым летам.

Однако, помню; Поезд звался «Пятьсот Весёлый». Тогда, в послевоенную пору ходили поезда с таким прозвищем. Везли они солдат – Армию-Победительницу распускали по домам. Ехали- поспешали, но неспешно, со срывами стоп-кранов, если надо было выходить насупротив родной деревни – не тащиться же ещё пятьдесят вёрст до какого-нибудь разъезда, а потом пёхом топать обратно.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "День седьмой".

Опубликовано 31.05.2018

Весь этот день самолеты не покидали неба над плацдармом. Весь день шли бои в воздухе. Кто-то кого-то даже сбивал. Особенно грузно наваливались немецкие бомбардировщики на сшибленные с высоты Сто остатки первого батальона. Но хоть и медленно, вроде даже неохотно опустился на землю долгожданный вечер, затихла канонада, оседала вздыбленная земля, овражными токами тащило к реке дым, копоть, сажу, растягивая и осаживая на воду смесь пыли и дымной мглы.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "День шестой".

Опубликовано 27.05.2018

Нет, Ельню он никогда не забудет и никому ее не простит. Не простит того унижения, той смертельной муки, которую там пережил.

Приданный боевому азартно рвущемуся в бой дальневосточному курсантскому полку, он, командир полковой батареи, в первом же бою имел счастье видеть, как бьют зарвавшегося врага, и сам тому немало способствовал. Сбив немцев ночной атакой с укреплений, удало гнали курсанты фашистов по полям и проселкам. В кальсонах бежали фрицы, оставив несколько деревень и хуторов. Артиллеристы, не отставая от курсантов, перли на себе орудия и, когда утром появились танки, встретили их спокойным, прицельным огнем. Сколько-то подбили.

Жизнь-как она есть - 3

Опубликовано 25.05.2018


Милицейский «бобик» с небольшой скоростью тащился по главному проспекту микрорайона «Первомайский». Фонари на столбах ровным строем, как солдаты, сменяли друг друга. Петька пристально уставился в переднее окошко на зеленый огонек все время трещавшей и разговаривающей рации, находившейся возле дежурного офицера. На среднем сидении в салоне машины сидели два сержанта, пристально наблюдавшие по сторонам проспекта.

БЫТЬ РУССКИМ…

Павел Рыков
Оренбург
Опубликовано 22.05.2018

И вот однажды Дед решил, что меня можно и должно брать с собой в баню. Бабушка, конечно же, противилась, выговаривала, мол, парнишку и сама в тазу – воды нагреет – и преспокойненько вымоет. Но разве может Женщина переспорить Деда! В моменты сугубого противостояния он почему-то именовал Бабушку Маланьей, хотя она отродясь по крещению звалась Еленой.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "День пятый"

Опубликовано 21.05.2018

Лешкино путешествие за реку на редкостном плавсредстве оказалось замечено где надо и кем надо. Почти все телефонные линии, проложенные с левого берега, умолкли или едва шебуршали. Среди всего великого развала, хозяйственного разгильдяйства, допущенного в подготовке к войне, хужее, безответственней всего приготовлена связь — собирались же наступать, взять врага на "ура!"

"Воспоминания детства" (автобиографический рассказ). Алексей Акиндинов.

Опубликовано 18.05.2018

Как родился, не помню. Это - словно телевизор включили. Если вспомнить, что было до этого – черный экран и тишина. По крайней мере, ассоциативно это выглядело так. Самым первым воспоминанием было то, как меня клали на детские весы. Еще подумал тогда « Это ведь холодная металлическая чашка , мне будет очень неприятно касаться её своим телом.» Увидел, как на чашку положили узорчатое одеялко, и в душе наступил покой.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "День четвертый".

Опубликовано 17.05.2018

Лейтенант Яшкин проснулся, постоял очумелый, огляделся. Коля Рындин, вроде бы по доброй воле исполнявший обязанности ординарца комбата, полил Яшкину на руки. Ротный чуть освежился водой. Коля же дал Яшкину две горсти яблочек-падалиц и комок размоченного, в грязное тесто превратившегося хлеба. Варить, даже зажигать что-либо в расположении батальона было строго запрещено.

"НЕПРОДАЖНОЕ". Павел Рыков

Павел Рыков
Оренбург
Опубликовано 15.05.2018

Это было…

Когда это было? Летом 1959 года пятеро пятнадцатилетних подростков, в числе которых был и я, в сопровождении двух взрослых шли на шлюпке под вёслами вниз по казачьей реке, по Уралу. Шлюпка настоящая, военно-морская.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "День третий".

Опубликовано 12.05.2018

"Я попал под колесо", — повторил Феликс Боярчик ночью, сидя под навесом яра, возле умолкшей, пустынной реки и под редкие, уже ленивые пулеметные очереди, под сонное, почти умиротворяющее гудение ночных самолетов, на миг раздирающих тьму, под звуки мин и снарядов, почти придирчиво воющих вверху, рассказал совершенно диковинную, можно сказать, фантастическую историю, редкую даже для нашей, насыщенной исключительными событиями, действительности.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "День второй".

Опубликовано 03.05.2018

На утре, пока еще не взошло солнце, бескапустинцы волокли по мелкой протоке, можно сказать, по жидкой грязце, продырявленный, щепой ощерившийся баркас. Немцы вслепую били по протоке и по острову из минометов. На острове все еще чадно, удушливо дымилась земля, тлели в золе корешки и кучами желтели треснувшие от огня, изорванные трупы людей.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "День первый"

Опубликовано 25.04.2018

Ожидалось, что штрафную роту бросят на переправу, в огонь первой, но переправляться она начала уже под утро, когда над обоими берегами нависла густая, дымная мгла, из которой, клубясь, оседало серое, паленым и жареным пахнущее месиво, багрово от земли светящееся. Такого света, цвета, таких запахов в земной природе не существовало.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "Переправа".

Опубликовано 22.04.2018

В тот вечер солнце было заключено в какую-то медную, плохо начищенную посудину, похожую на таз. И в тазу том солнце стесненно плавилось, вспухая шапкой морошкового варенья, переваливалось через края посудины, на закате светило, зависало над рекой, и, угасая, усмиряясь, кипя уже в себе, не расплескивало огонь, словно бы взгрустнуло, глядя на взбесившиеся берега реки.

Виктор Астафьев. "ПРОКЛЯТЫ И УБИТЫ". Книга вторая. "Плацдарм". Глава "Накануне переправы".

Опубликовано 23.03.2018

В прозрачный осенний день, взбодренный первым студеным утренником, от которого до высокого солнца сверкал всюду иней и до полудни белело под деревьями, за огородами частоколов, в заустенье хат, передовые части двух советских фронтов вышли к берегу Великой реки и, словно бы не веря себе, утихли возле большой воды — самой главной преграды на пути к чужим землям, к другим таким же рекам-преградам. Но те реки текли уже за пределами русской земли и до них было еще очень-очень далеко.

Последние комментарии
Загрузка...
Популярные статьи
Наши друзья
Наверх