Белые пятна Корейской войны

Опубликовано 29.07.2016

За 60 лет, прошедших со дня окончания Корейской войны, многие стороны ее непростой истории до сих пор остаются неизвестными российскому читателю. Именно российскому, потому что до самого последнего времени ее участники жили «под подпиской», строжайше запрещено было фотографировать и что-либо писать в письмах с войны. Да и собственно участие в войне отрицалось, маскировалось в документах записью «служебная командировка», ко многим документам в архивах же сих пор нет свободного доступа.

Зато на Западе в странах, принимавших участие в войне (США, Англии, Австралии и др.) и входивших в т.н. «Силы ООН», действия своих летчиков, моряков, танкистов и пехотинцев оценены по достоинству. Правда заодно создано и немало богато иллюстрированных мифов о знаменитых американских и британских асах, пачками сбивавших корейские МиГи и сотнями уничтожавших северокорейские танки.

Все это существенно мешает нынешним российским историкам в правдивом описании подвигов советских людей, принимавших участие в этой, малоизвестной у нас войне.

Только в последнее время, после появления мемуаров знаменитых летчиков Н.Кожедуба, Е.Пепеляева, Сутягина и других асов корейской войны, и благодаря самоотверженной работе энтузиастов-историков, таких как И. Сейдов, А.Розин, Россия узнала о своих, доселе неизвестных героях.

И, тем не менее, последнее слово в истории участия советских людей в Корейской войне еще не сказано. Не открыты для изучения архивы Министерства обороны, наглухо засекречены данные об участии нашей бомбардировочной авиации и авиации ВМФ в той войне и только воспоминания еще живых участников позволят скупо пролить свет на эти вопросы.

А вопросов, даже при поверхностном изучении имеющихся открытых материалов о той войне, возникало достаточно много.

В частности о том, как северокорейскому ВМФ, насчитывающему с десяток катеров и шхун, удавалось так удачно минировать подходы к южнокорейским портам и прибрежные коммуникации. На поставленных морских минах подорвалось несколько американских и южнокорейских боевых кораблей и множество транспортных судов.

Какими силами велась морская и воздушная разведка в тылах южнокорейских войск, учитывая полное господство в воздухе Кореи американской авиации и флота при отсутствии дальних бомбардировщиков и подготовленных пилотов в составе северокорейской авиации.

На эти вопросы частично нашелся ответ в книге известного историка авиации И.А. Сейдова «Ночные сражения в корейском небе», недавно вышедшей в издательстве «Русские витязи» тиражом всего в 750 экземпляров.

В частности, в обеспечение минирования акваторий портов и коммуникаций снабжения войск ООН большой вклад был внесен советскими самолетами А-20Ж «Бостон» из 36-го минно-торпедного авиаполка (МТАП), базировавшимися на аэродроме Тученцзы в Порт-Артуре. Вылеты производились, как правило, ночью. Приводятся косвенные данные и об участии в разведывательных операциях самолетов 52-го гв.ТБАП.

Кроме того, самолеты из 36-го МТАП проводили воздушную разведку Желтого моря , нередко залетая на территории Кореи. Видимо не все полеты ограничивались только разведкой. Так, по данным американцев, 7.06.1951г. «одиночный бомбардировщик атаковал позиции войск ООН у Чхорвона, сбросив 5 бомб на штаб. После обстрела зенитками скрылся на сопредельной территории». При этом известно, что своей бомбардировочной авиацией Северная Корея в то время не располагала. По свидетельству бывшего штурмана бомбардировщика А-20 «Бостон» Саблина их экипажу, как и другим, часто приходилось летать на ночные бомбардировки объектов на побережье Кореи и вступать в бои с перехватчиками.

Разумеется, это были очень рискованные вылеты и далеко не все экипажи возвращались на родной аэродром перехваченные американскими ночными истребителями. «Пропал без вести» - такое извещение получали родные и близкие, даже не зная долгие годы, даже приблизительно, где и при каких обстоятельствах они погибли. На выставленных советскими самолетами и корейскими судами минах подорвались американские эсминцы «Уок», «Эрнест Г.Смолл», «Бартон» и несколько других кораблей и транспортных судов. Конвои судов обеспечения и боевых кораблей уже не рисковали приблизиться к объектам побережья, не проведя предварительно траления фарватеров.

В марте 1950 года в Китай прибыла специальная группа на бомбардировщиках ИЛ-28 из состава 132-й БАД под командование Героя Советского Союза майора Арсеньева Н.А. Группа состояла из двух эскадрилий. С началом активных боевых действий экипажи Илов из этой группы стали активно привлекаться к разведывательным полетам над территорией Южной Кореи. Естественно, что самолеты несли китайские опознавательные знаки, а летчиков переодели в китайскую форму. По утверждению участника этих событий П. А. Шпака летчики его подразделения осуществляли разведку и наблюдение за кораблями ВМС США и их союзников и портов базирования в Южной Корее. Он рассказал, что в одном из вылетов он был сбит, но смог совершить вынужденную посадку в Северной Корее. Это был 13-й вылет (и не верь после этого приметам!) его экипажа в составе штурмана Александра Семеновича Пащенко и стрелка-радиста Сергея Степановича Бочарова. Интересно и то, что из них 12 были разведывательными полетами в ночные и утренние часы и 1 боевой с бомбометанием цели в Южной Корее! По его словам их сбил реактивный истребитель - по всей видимости, F-80 или вероятней всего палубный F9F "Пантера", так как выход на цель наши летчики осуществляли со стороны моря, туда же и уходили. Его рассказу можно было бы не поверить, тем более что даты он не помнит, но в его архиве оказалась справка медкомиссии, в которой говорится, что "старший лейтенант Шпак П.А. с 31.07.50 г. по 2.10.50 г. проходил лечение в госпитале (в\ч 08722)", таким образом можно утверждать, что факт сбития имел место где-то 30-31 июля 1950 года.

По словам Шпака, их авиагруппа была в Китае до конца боевых действий, после чего сдала самолеты союзнику и убыла в Союз. За все время потери составили 2 самолета Ил-28 и один экипаж (потерян был где-то в 1952-53 годах). В начале 1953г. пропал без вести экипаж самолета Ил-28 подполковника А.И.Фокина, вылетевший на разведку погоды в Желтом море, поиски следов крушения успехов не имели.

Совершенно неизвестными широкому кругу читателей до последнего времени оставались факты участия советских стратегических бомбардировщиков Ту-4 в Корейской войне в качестве разведчиков и ночных бомбардировщиков. Летали они, разумеется, ночами и без опознавательных знаков.

Причем один из них был сбит над корейской территорией, только одному члену экипажа, стрелку-радисту сержанту Е.Е. Лазгину удалось спастись. Ему повезло вдвойне, поскольку он попал в руки партизан, переправивших его к северокорейцам. Он долго лечился в госпитале в Москве, потом был награжден орденом Красной Звезды.

Американцами 2.07.1950 г. был даже зафиксирован дневной пролет Ту-4 в сопровождении двух Ла-11 без опознавательных знаков над Сеулом. И еще почти полгода после окончания войны советские и американские самолеты следили друг другом на сопредельных территориях. А один из американских перехватчиков «Скайнайт»из VMF- 513 в районе 38-й параллели даже по ошибке устроил воздушное «ночное шо»у с высшим пилотажем перед одним из наших Ту-4,приняв его из-за идентичного силуэта за В-29 «Суперфортресс».За что своим начальником, полковником Коннором, был наказан двухнедельным изучением справочника по самолетам.

Все данные об участии Ту-4 и Ил-28 в Корейской войне были получены автором книги от непосредственных участников. На запрос в архив МО в Подольске, был получен ответ «Официально факт применения СССР в Корее бомбардировщиков Ту-4 не подтверждается, исторический формуляр 598 УТБАП ДА на данный момент засекречен». Белые пятна в истории Корейской войны будут разгадываться еще долго. На фото : бомбардировщики-торпедоносцы А-20 Ж "Бостон" на аэродроме Порт-Артура.

Наверх