ЦВЕТОК ВЕЧНОЗЕЛЁНЫЙ. Владимир Хомяков

Полвека назад, 19 января 1971 года, был убит великий русский поэт Николай Михайлович РУБЦОВ

ПРИСТАНЬ

Ст. К.

Тянулись тихо тучи с севера.

Повсюду царствовало Слово.

И на столетии Есенина

на пару пели мы Рубцова.

Да-да, ту самую, о пристани,

о потонувшей, отдалённой.

И нам казалось, что до истины –

подать рукою … окрылённой.

А жесты наши были резкими,

как бы в предчувствии полёта.

А строчки песни были дерзкими,

всё про кремлёвские ворота.

А листья реяли над крышами,

и песнь неслась по всей округе.

И эту песнь в Рязани слышали,

а может, даже и в Калуге.

Нам не кричали «бис!», не хлопали,

да и не нужно было это.

Но, протянувшаяся во поле,

светилась родина поэта.

И в те мгновения предлунные

Есенин сердцем нас приветил:

его слова «Цветите, юные!»

нам распахнулись, словно ветер.

Есенин – синий мир таинственный.

Рубцов – цветок вечнозелёный.

И вновь казалось, что до истины –

подать рукою окрылённой…

ЗЕРНО

Николаю Рубцову

Всё памятью озарено –

и снова звучать урожаю!

Жемчужного цвета зерно

я в синюю землю сажаю.

Волною идёт борозда.

И ветер летит с колоколен.

И медленно

всходит

Звезда

над Жизнью,

над Смертью,

над Полем.

***

Куда уходят,

Русь,

твои пииты?

Ни в эту земь,

ни в эти небеса.

Уходят,

синью дымчатой увиты,

в твои непроходимые леса.

Идут, идут,

ветвей не задевают,

не приминают тихую траву.

И меж собой речей не затевают

и не кричат далёкое:

– Ау!

Им поначалу этот путь неведом,

неведом путь, как будто мир иной.

И самобраным служит им обедом

лесного света запах смоляной.

Ты укрываешь их в глухих глубинах

от лжедрузей, от недругов лихих –

своих певцов рязанских сердцевинных

и северных сказителей своих.

Им ни грибов не надо и ни ягод.

Идут, идут в дремотные леса.

Навек уйдут,

как будто в землю лягут,

как будто вознесутся в небеса.

Своим путём уходят беспредельным,

не слыша,

как над ним,

со всех сторон,

плывёт немолчным пеньем колыбельным

и сосен шум,

и сосен перезвон...