Игумен Кирилл (Сахаров). На вечере памяти П.А. Столыпина

Опубликовано 18.02.2017

Вечер «П. А. Столыпин. Pro et contra» прошел 16 февраля с.г. в Доме кино Союза кинематографистов России. Мероприятие было приурочено к 105-летию со дня убийства Столыпина. В рамках вечера прошла встреча с духовником Алексеевского монастыря о. Артемием Владимировым, главным редактором Русской народной линии Анатолием Степановым, искусствоведом В.Н. Соколовым-Лермонтовым. Из всех подобных вечеров, автор и ведущая которых – певица, лауреат Пушкинской премии Лина Мкртчян, этот, пожалуй, был самым серьезным и напряженным по глубине анализа. Из тех, на которых лично я присутствовал.

Личность П. А. Столыпина – одна из самых значимых и противоречивых фигур нашей истории начала 20-го века. На его могиле у стены Трапезного храма Киево-Печерской Лавры я неоднократно бывал. Поистине, это русский уголок, связующая нить между Великой и Малой Русью. Интересно, что местом рождения Петра Аркадьевича, родившегося в дворянской семье в 1862-м году, была обозначена Москва, хотя на самом деле он родился в Дрездене. Здесь тогда находился его отец по долгу службы. В связи с тем, что отношения с Германией уже были довольно напряженными, было решено не упоминать этот немецкий город.

Перед началом вечера был показан очень интересный фильм. Запомнилось, что во время одного из покушений на Столыпина погибло 27 человек и ранено 33 (некоторые из них скончались от тяжелых ран).

По поводу столыпинских «галстуков». По приговору судов во время премьерства Столыпина было повешено 1102 человека, виновных в терактах и других тяжких преступлениях. За это же время от рук террористов погибло более 30 тысяч чиновников, военных, жандармов и т.д. 13 лет Петр Аркадьевич был губернатором в городе Ковно. Женился он на невесте брата, погибшего на дуэли. Как и у императора Николая II, у него было четыре дочери и один сын. Будучи саратовским губернатором, Столыпин жестко подавлял крестьянские бунты. Он стремился лично присутствовать при этом, ведя себя довольно безстрашно.

Большое место в фильме было уделено убийце премьер-министра Дмитрию (Мордко) Богрову. Он происходил из состоятельной семьи, учился на юридическом факультете Киевского университета. За год до теракта убийца написал в своем дневнике: «Все надоело, хочется чего-то экстравагантного». Имея удостоверение сотрудника охранного отделения, он смог пройти с оружием в здание Мариинского театра. В антракте спектакля убийца дважды выстрелил в упор в свою жертву. Одна из пуль попала в руку, а другая в живот. Услышав хлопки, к краю царской ложи подошел царь посмотреть на происходящее. В это время Столыпин осенил его крестным знамением. Потом этот жест трактовали по-разному. Один из выступавших, ссылаясь на свидетельство своей прабабушки, присутствовавшей на спектакле, говорил, что это было не крестное знамение, а просто знак царю удалиться ради безопасности. Когда тяжело раненный премьер находился в больнице, во Владимирском соборе Киева, да и по всей России, служились молебны о выздоровлении р.Б. Петра. Николая II, пришедшего в больницу к умирающему, супруга Столыпина попросила не входить в палату, где лежал ее муж.

Подробно в фильме рассказывалось о казни Богрова. Проходила она ночью. От Правой партии при этом присутствовало 30 человек – они хотели удостовериться, что казнят действительно Богрова. При казни, помимо официальных чиновников, также присутствовал раввин. На предложение пообщаться с ним Богров отказался, сказав, что не хочет это делать в присутствии полицейских. Когда на голову приговоренного накинули мешок, он спросил: «Ну что, надо повыше голову поднять?» Через 15 минут после того, как подставка была выбита из-под ног убийцы, тело было снято и закопано в заранее приготовленную могилу. Рота солдат трижды прошла строем через могилу, утрамбовывая ее тем самым.

О. Артемий в своем выступлении поведал о том, что крестным его прабабушки был сам Петр Аркадьевич (его имение и имение ее родителей были рядом). На реплику ведущей, что усы у Столыпина, как у кайзера Вильгельма, о. Артемий так отреагировал: «Кайзеру Вильгельму далеко до русской красоты».

После «риторически изысканного» выступления батюшки слово взял А. Д. Степанов. Особо он остановился на вопросе взаимоотношений между царем и Столыпиным. Их отношения в последние годы, по словам выступавшего, были прохладными. Одна из причин этого – ультиматум, который поставил премьер, что если проект закона о земствах не будет подписан, то он подаст в отставку. Против этого проекта были правые. В марте 1911-го года царь подписал этот закон. В отношениях между ними появилась трещина. Анатолий Дмитриевич уточнил, что главную роль в подавлении первой русской революции в период ее кульминации (конец 1905-го - начало 1906-го года) сыграл все-таки не Столыпин, а министр внутренних дел Дурново.

Петр Аркадьевич был охарактеризован как «нравственный человек, человек долга и слова, настоящий рыцарь самодержавия». Он, однако, боролся с правыми, которые его критиковали. В качестве альтернативы Союзу Русского Народа (СРН) Столыпин выдвинул организованный им Союз русских националистов. Кстати, при советской власти активное членство в СРН рассматривалось как отягчающее обстоятельство, часто приводило к расстрелу. Что касается Союза русских националистов, то в 1915-м году он разделился на два лагеря: правых и Прогрессивный блок. Целенаправленные действия против СРН привели к тому, что к 1912-му году Союз распался на конкурирующие организации, а к 1917-му году практически исчез. В итоге, когда началась смута, отпора бунтовщикам в лице широкой народной патриотической организации не было.

Еще Столыпин был назван «просвещенным консерватором, однако, не русским, а европейским». И что он «хотел сделать Россию Европой». Был монархистом в европейском смысле слова. Такая монархия, по словам Степанова, «в России не может быть ни при каких обстоятельствах». Его аграрная реформа имела ориентиром американскую модель фермерских хозяйств. Аграрную реформу Столыпина за разрушение общины, «разрушение единения русских людей», резко критиковали правые, в частности, С.Ф. Шарапов. Столыпин полагал, что если крестьян наделить собственностью, то отстаивание ее может остановить революцию.

Конечно, для развития промышленности нужны были наемные рабочие, община была помехой для их притока в города. Но, все-таки, у Столыпина было недостаточное понимание духовного пути России, русской души. Не было понимания, что община была социальным институтом, гарантирующим стабильность общества. Его решения были калькой с европейской модели, он исходил из принципа целесообразности. Не хватало творческого подхода в решении пусть и необходимых, назревших вопросов.

Кстати, основные моменты аграрной реформы разрабатывал еще Витте, Столыпин же воплотил их в жизнь. Витте был близок к Николаю II, т.к. доверие к нему завещал Александр III. После же манифеста 1905-го года, проект которого составил Витте, в одном из писем матери царь писал: «Даже мелкой должности ему не поручу». И, действительно, после своей отставки и до самой смерти (1915-й год) Витте был не у дел. Один из выступавших на вечере - В. Г. Савичев, на эти рассуждения заметил: «Не надо задним числом критиковать, Столыпин делал, как мог».

Резюмируя все сказанное на вечере о личности П.А. Столыпина, было отмечено, что он является «трагической фигурой трагического времени, частью нашей истории. Мы не судьи ему. Он кровью омыл свои прегрешения и его смерть на глазах царя – благоприятный знак. Лучшее, что в нем было, Господь принял».

Наверх