Вести: украинские «ветераны АТО» всё чаще попадают в криминальные сводки

Опубликовано 14.07.2017

После возвращения из зоны вооружённого конфликта украинские военные всё чаще попадают в криминальные сводки: проявляют агрессию к близким или совершают самоубийства. Как пишут «Вести», эксперты говорят о послевоенном синдроме и уверяют, что бывших военных нужно «учить видеть в жизни позитив».

Трагедия в Киеве, которая произошла на днях с бывшим участником АТО, заставила украинцев говорить о проблемах людей, вернувшихся с войны. Как пишут «Вести», 10 июля киевлянин и экс-участник АТО Олег Кривец нанес 40 ножевых ранений своей 28-летней жене, открыл газ в квартире и вскрыл себе вены. Жена, Светлана Кривенко, которая работала детской медсестрой, скончалась на месте. Муж в критическом состоянии госпитализирован. Говорят, что поводом для убийства могла стать ревность. На фотографиях в соцсетях пара выглядит вполне благополучной и счастливой.

Похожая трагедия произошла весной в Харькове — там 27-летний боец «Азова» задушил жену и 4-летнюю дочь, а потом покончил с собой, спрыгнув с заброшенной башни. Друзья бойца рассказали, что он прошёл все горячие точки, в том числе Иловайск. Поэтому его поступок связывают с посттравматическим стрессовым расстройством.

Житель Харьковской области, который тоже вернулся из зоны АТО, на глазах своих племянников ударил ножом мужа сестры. Уверяет, что произошло это случайно, когда курил во дворе и мирно общался с родственником. А после «случайности» даже оказывал помощь пострадавшему, пока не приехала скорая. Но дети рассказали обратное: они смотрели дома мультики, а когда вышли во двор, то стали свидетелями ссоры. Как результат — у пострадавшего мужчины колото-резаная рана живота и кровоизлияние в брюшную полость, что считается тяжким телесным повреждением.

Другие примеры свидетельствуют, что человеку, вернувшемуся из АТО с посттравматическим синдромом, чтобы вспыхнуть, иногда достаточно мелочи. И жертвами могут быть не только его близкие, но и совсем посторонние люди. Так, в Днепре во время отдыха на Монастырском острове боец АТО, услышав песню «Служу России» рэпера Ноггано, поехал разбираться c сотрудниками кафе «Пятница».

«Он заехал на своей «Ниве» прямо к нам в помещение, переломал стулья, столы, кофемашину и пообещал изнасиловать нашу официантку. Потом забрал из кассы 801 гривну и уехал», — рассказал охранник заведения.

По словам свидетелей происшествия, вел себя военный неадекватно — у него были бессвязная речь и бегающие глаза. «Возможно, он был пьян», — говорят очевидцы. Суд приговорил обвиняемого к четырём годам тюремного заключения.

А бывает, что бывшие участники АТО впадают в депрессию. МВД в июне отчиталось, что за три года войны военная прокуратура зафиксировала около 500 случаев суицида среди участников АТО, которые вернулись из зоны боевых действий.

По данным правозащитной организации «Ла Страда — Украина», которая создала линию доверия для жертв насилия в семье, львиная доля вопросов, которые поступают к ним и касаются АТО, — о посттравматическом синдроме и агрессии бывших военных.

«Если в 2016 году о насилии в семьях участников АТО шла речь в 20,5% звонков, то за первые шесть месяцев 2017 года — в 41,7%. На самом деле это не значит, что в текущем году военные кидаются на близких с кулаками в два раза чаще: процент домашнего насилия действительно вырос, но этот рост мы также объясняем тем, что люди просто стали меньше замалчивать подобное», — рассказала журналистам юрист «Ла Страда — Украина» Анна Саенко.

По её словам, им звонят женщины и говорят, что до поездки мужа в зону АТО всё было нормально, а когда он вернулся, появилась агрессия, которую он выплёскивает на членов семьи. В других семьях ситуация ухудшается из-за употребления супругом алкоголя после возвращения с войны.

«Есть психологические исследования, которые говорят о том, что если у участника АТО была возможность выплеснуть свою агрессию там, где происходит военный конфликт, то через некоторое время он адаптируется к мирной жизни, у него нет агрессивности. Но если во время боевых действий этого не происходит, если «окопное» напряжение, которое накапливается, не использовать, то оно переносится в мирную жизнь», — добавляет Анна Саенко.

Харьковский психолог Наталья Чернуха из Психологической кризисной службы говорит, что в условиях постоянных угроз психика бойцов переходит на другой уровень восприятия мира — выживания и работы на инстинктах.

«Их мир однозначный: тут свой — тут чужой. Когда ребята возвращаются домой, здесь они встречаются с непониманием. Особенно они это ощущают в Харьковской и других приграничных областях, близких к России. Они там, к сожалению, сталкиваются с непониманием и укорами: «Зачем ты туда пошёл, зачем это делал?» Это травмирует гораздо больше, чем пули. Сложно им и дома, ведь пока они служили, близкие находились в состоянии ещё большей травмы. Они 24 часа в сутки были в ожидании, неизвестности. В их сознании все снаряды, которые показывают по телевизору, летят в их близкого человека. И вот представьте, когда приходит боец, переживший всё что можно, а его встречает жена, которая тоже перестрадала, они не могут друг на друга опереться. Всё остальное окружение для бойцов тоже чужое. Их психика перестроена на постоянное отслеживание негатива. Это мы и пытаемся исправить», — говорит «Вестям» Чернуха.

Источник: https://russian.rt.com/inotv/2017-07-14/Vesti-ukrainskie-veterani-ATO-vsyo
Наверх