И НЕПОБЕДИМЫ БУДЕТЕ. Из жития князей Олега и Димитрия (поэма). Татьяна Бочарова

Опубликовано 06.06.2023
И НЕПОБЕДИМЫ БУДЕТЕ. Из жития князей Олега и Димитрия  (поэма). Татьяна Бочарова

НА ЗАСТАВКЕ: Памятник князю Олегу на Соборной площади в Рязани

ИЗ ЖИТИЯ КНЯЗЕЙ ОЛЕГА И ДИМИТРИЯ

ПОЭМА

ПРЕДИСЛОВИЕ

Зима сегодня удалась на славу,

Повыпали снега в короткий срок,

И вновь виним мы местную Управу

За ленты неочищенных дорог.

Для нас хоть царь – ты будешь не в почете,

Так и живем, победа за бедой,

Ну что там снег – пустячная работа,

«Чай», не война с несметною ордой.

А снег идет, на солнце серебрится,

Ложится на дороги и мосты,

И не закроешь для него границы,

И не поставишь строгие посты.

Как просто жить в теперешней Рязани,

Нас захватил технический прогресс,

Не надо выходить на поле брани

С мечом в руках, врагу наперерез.

За городом часы как будто встали,

Сосновый бор – зеленый круглый год,

Всё те же сосны, речка, берег, дали,

Всё тот же необъятный небосвод.

Святое украшение Солотчи –

Старинный, белоснежный монастырь,

И кремль стоит, весь солнцем позолочен,

Велик и светел, словно богатырь.

Основан был он на исходе века,

От битвы Куликовской девять лет,

Рязанским князем, сильным человеком,

Оставившим потомкам добрый след,

Которыми поруган и прославлен,

Он нёс свой крест, священен и тяжел,

Народ жил тяжело в Переяславле,

Где у князей рязанских был престол.

Страдала Русь извечно: то набеги,

То меж князьями смертная вражда.

Но монастырь, построенный Олегом,

И ныне жив, и в роднике вода –

У стен монастыря бежит святая.

Иду под горку в Храм, где, помолясь,

К мощам Олега низко припадаю –

Великий воин, схимник, светлый князь.

О чём мечтал он в низкой душной келье,

О чём молился долго у икон,

Жива Рязань, обласкана метелью,

Глядит на мир глазницами окон.

Враги её и жгли, и поносили,

Но, с пепла возрождая каждый раз,

Олег сберег её для всей России,

А без России не было бы нас.

Молись же схимник, ты за нас пред Богом,

Проси его послать нам светлый год,

Уже метель гуляет за порогом,

И тучами затянут небосвод.

Иду домой (зимой темнеет рано),

Пушистый снег летит за мною вслед,

И кажется в ночи – за белым Храмом

В окошке узкой келье тусклый свет…

Глава 1. ДУМЫ КНЯЗЯ ОЛЕГА, 1372 год

Олег Иванович – Великий рязанский князь, отбил у Москвы ранее принадлежащую Рязани крепость - Лопаснь, ждет реакции московского князя Дмитрия.

На Русь пришли ветра, морозы, вьюги,

Прошлись по всем дорогам и дворам,

В Рязани – ни души, во всей округе,

Сидит на печках дома детвора.

В шатре зимы опущен снежный полог,

Река обледенела глубоко,

Белым-бело, и даже легкий шорох

Разносится над полем далеко.

В Переяславле ночь, в палатах душно,

Коптит свеча, рассеивая дым,

Сидит Олег устало на подушках,

Склонившись над Писанием Святым.

То кинет взгляд в окно на чёрный тополь,

На дальний холм сквозь темень и пургу,

Где в белой дымке грезится Некрополь

На Окском каменистом берегу.

Он – память всем рязанцам непокорным,

В огне сложившим головы свои.

Теперь Олег старанием упорным

Хранит судьбу доверенной земли.

Блуждают думы черные, как тучи

Прогнал его послов московский князь,

А за окном стоит мороз трескучий,

Блестит на окнах кружевная вязь.

Пока Москва устроила расправу

Тверскому князю, давнему врагу,

Рязань отбила Лопасню на правом,

Исконно на рязанском берегу.

Равняется Рязань сто лет с Москвою,

Великий Дмитрий князь и князь Олег

По ярлыкам равны между собою,

А хан Ордынский усмиряет всех.

Олег, как все, платил в казну Сараю,

Да знал – расплаты час не за горой,

Однажды поквитался он с Тагаем,

Разбив его обозы под Мордвой.

Тагай в тот год пожёг, пограбил город

Да повернул домой, по Цне, в обход,

Олег его настиг с дружиной скоро

И покарал, чтоб думал наперёд.

Ордынцы мстили быстро и жестоко,

Не глядя на Сараевский ярлык,

Накатывали с юга и с востока,

Да к этому Олег давно привык.

Продажный и воинственный народец,

Степные звери – лютые к врагам,

Орда жила в огне междоусобиц,

Раскинувшись по волжским берегам.

На правой стороне – Солхат-столица,

Мамай, татарский темник правил в ней,

Увертливая, хитрая лисица,

Искал себе добычу пожирней.

Москва платила дань ему исправно

За свой Великокняжеский ярлык,

Димитрий правил мудро и державно,

Богат, умен, хоть ростом невелик.

Опять пойдёт Москва – смирять Олега,

А с ней ордынцы в помощь, как всегда,

Уж тянутся до Мурома телеги,

Бежит народ рязанский – кто куда.

Владимир Пронский клялся в вечной дружбе,

Людей сулил Олегу да коней,

Но потянулся к Дмитрию на службу,

Почуял он, где кормят посытней.

Доколь терпеть набеги, смерть да горе?

Живет сто лет Рязань меж двух огней,

Идет в Москву орда – Рязань «под корень»,

Идет Москва – кровавый след за ней…

В молитвах долгих и душа светлеет,

Да страхи не пускают князя спать,

Авось Москва Рязань не одолеет,

Коль срочно за подмогою послать.

Скорее собирать послов в дорогу,

Бедна Рязань, но земли всё же есть,

И воинов в Орде достойных много,

Кто захотел бы в княжестве осесть,

Кому сестрицу – Настеньку сосватать,

Уж сколько в девках, милая, сидит,

Так пусть же подчинится воле брата,

Тем город от беды нам сохранит.

Кручинится Олег, на сердце тяжко,

На первом месте должные дела,

Сказать жене, чтоб с Настенькой-бедняжкой

Поласковей беседу провела

О долге и о будущем Рязани,

Чтоб, утаив горючую слезу,

Сестра Олега – Настя в Божьем храме

Пошла за окрещенного мурзу.

Сжимают сердце думы и заботы,

Скорей писать «посыльные» гонцам,

Прибавится у ратников работы,

Прибавится работы кузнецам.

Глава 2. БИТВА ПОД СКОРНИЩЕВЫМ

Дмитрий Иванович Донской решает покарать рязанского князя и посадить на рязанский престол послушного Владимира Пронского.

Скорнищево – Рязанская сторонка,

Богатое село да две реки,

Пришла Москва, по праву руку с Пронска,

По леву руку с Суздаля полки.

Олег построил конные отряды

Да сзади ополченье бедняков,

Рогатины, колы, бедны наряды,

Не то, что у московских мужиков.

Рязань бы приодеть да подивиться,

Какой была бы силушка да стать,

И страха нет в открытых, светлых лицах,

Свою же землю встали защищать.

Олег верхом проехал перед строем,

И плащ пурпурный, и доспехи впрок,

Но не видать Димитрия пред боем,

Ведет дружины зять его – Боброк.

К чему глядеть друг дружке в ясны очи,

Мороз крепчает, холодно поди,

Бранитесь друг на друга, что есть мочи,

Побольше дайте воздуху груди.

Сошлись полки, сначала без охоты,

Соседи, чай, – рязанцы, москвичи,

Но скоро разогрев себя до пота,

Достали братья острые мечи.

Пошла резня – ни страха и ни боли,

Лишь ненависть плескается в глазах,

Уже лежат убитые на поле,

Век доживать их жёнушкам в слезах.

Владимир Пронский ожидал в ложбине

И в бой пошел задолго до темна,

И дрогнули Олеговы дружины,

Прости, Рязань, ты вновь разорена.

Глава 3. МЕЩЕРСКИЙ ГОРОДЕЦ (ныне Касимов) 1378 год

Проиграно сражение Олегом,

Покинул он с семьей поспешно дом,

Где место он отыщет для ночлега,

Как отомстит он Дмитрию потом?

С остатками дружины на телегах

Ушел он по Оке в дремучий бор,

Мещерский Городец раскрыл Олегу

Ворота крепостные, княжий двор,

И нет надежней стен во всей округе,

Высокий вал собьёт любую спесь,

Не зря когда-то Юрий Долгорукий

Велел поставить крепость прямо здесь.

За двести лет народ лесной не вымер,

И двести лет на службе, на посту,

Дорогу охраняет на Владимир,

Дорогу охраняет на Москву.

Никто не держит «фигу здесь в кармане»,

И жизнь течет неспешно, день за днём,

Язычники, татары, христиане

Друг другу все приходятся роднёй.

Живет Олег, побит, но не повержен,

Вынашивает планы на весну:

Вернуть престол и княжить, как и прежде,

Пополнить разорённую казну,

С Москвою договором задружиться

За доброй чаркой крепкого вина,

Пущай владеет нашею землицей…

Олега обескровила война.

Глава 4. ЖЕНСКИЙ РАЗГОВОР

(жена Олега Евфросинья и сестра Олега – Настя)

Зимнее солнце все ярче и выше,

Капли стекают с сосулек под крышей,

Настя пришла по утру с литургии,

Русые косы, как цепи тугие,

Пояса ниже, фатою прикрыты,

Шубка снутри горностаем подбита,

Но не успела раздеться девица,

К ней Евдокия вошла во светлицу.

Настенька, сядь, ты как дочь мне любима,

Сколь женихов пропустила ты мимо,

Знаешь сама: ты стройна и красива,

Что же глядишь на меня сиротливо?

Брат твой нашёл жениха тебе – князя,

Мыслил с боярами долго в Приказе,

Ты не волнуйся, он знатен и молод,

Скоро весна сменит тяжкий наш холод,

Счастья желаю тебе с этим мужем,

Главное, Настя, Рязани он нужен.

Сказывай все, Евфросинья, не медли,

Я Божью Матерь молила намедни,

Чтобы не быть вам обузой в изгнанье,

Чтоб нам скорей оказаться в Рязани.

Князь ли, боярин – мне нынче едино,

Имя скажи моего господина,

Буду молиться о нём до венчанья,

Что же твой взор, Евфросинья, печален?

Имя скрывать от тебя нету нужды,

Скоро прибудет жених твой на службу,

Князь Салахмир, знатный воин ордынский,

Путь по зиме его очень неблизкий.

Что с тобой, Настя?

На помощь, скорее!

Девки, снимите с неё душегрею,

Окна раскройте, воды принесите,

Да не простою, святою кропите!

Настя, открой свои синие очи,

Брат не заставит, коль ты не захочешь.

Я подчиняюсь, – ответила Настя, –

Ради Рязани пожертвую счастьем!

ПЕСНЯ НАСТЕНЬКИ

Не с тобой обручена,

Что же я наделала,

Катит серая волна

Камушки мне белые,

Катит камушки волна

К берегу привычному,

Скоро мужняя жена

Стану горемычная.

Не соловушка поет

С морока вечернего –

Брат любимый отдает

Замуж за неверного.

Встречу позднюю весну,

Стоя на пригорке я,

Поцелую я волну,

Горькую-прегорькую.

Глава 5. МИР МЕЖДУ РЯЗАНЬЮ И МОСКВОЙ

Рязанский князь возвращает престол.

Пришла весна, и помощь подоспела,

Олег, вернувши трон, – затеял пир,

Привел полки в Рязанские пределы

Жених сестры Настасьи – Салахмир.

Красив и статен, всем на восхищенье,

Душою мягок, хоть и басурман,

Он обвенчался с Настей на Крещенье,

И окрещен был с именем Иван.

Осел боярин в княжестве по воле,

Доволен был завидному родству,

И жили ладно рядом с диким полем,

Дорогу охраняя на Москву.

Москва смирилась с княжеством Олега,

А без него была бы ей беда –

Рязань что щит Москвы от всех набегов,

Которые готовила орда.

Димитрий дань уменьшил до предела,

Характер проявил – и был таков,

Но на Москву нацеленные стрелы

Сражали в грудь рязанских мужиков.

Глава 6. БИТВА НА ВОЖЕ.

Битва между войском Дмитрия Донского и воеводой Мамая – Бегичем на рязанской земле. Дмитрий одержал победу, но войско Бегича при отступлении сожгло Рязань.

РЕЧКА ВОЖА

Из болота в междуречье,

Между Волгой и Ухрой,

Есть исток равнинной речки

Под змеиною горой.

Переплыть её не сложно,

Не быстра, не глубока.

Как живешь, старушка Вожа?

Неприметная река.

Дно твоё под толстым илом

Да под чёрною водой,

Заплелись ветвями ивы

Над волнистой головой.

А когда-то вниз сбегали

Все тропинки до реки,

Из тебя водицу брали

Богатырские полки.

Силы пробуя упорно,

Здесь с врагов сбивали спесь,

От тебя, такой покорной,

Наша сила, наша честь!

Кто лежал в траве духмяной,

Русской силой поражён,

Стала речка нам славянам

Тем великим рубежом,

Первой битвы, первой славы,

Что снискали москвичи,

Ты хранишь на дне по праву

И доспехи, и мечи.

Ты была быстрей и строже,

Ты топила бурелом,

Расскажи, старушка Вожа,

Кто забыл здесь свой шелом?

Смотрят сосны-исполины

В воды темные твои,

Ты же знаешь все былины,

Ты же помнишь все бои.

БЫЛИНА О ПОБЕДЕ РУССКОГО ВОИНСТВА НА ВОЖЕ

Кто сказал, что мы поруганы,

Что склонились до земли,

Проплывают в небе стругами

Тучи серые вдали.

Пролетают низко вороны

По-над Вожею-рекой.

На Рязанскую на сторону.

Что раздельная с Москвой.

Только вера православная

Бывших недругов свела,

И окрепло войско славное

На великие дела.

Пролетело время рабское,

Словно черная вражда,

Кровь, да смерть, да слезы бабские,

Да сиротская нужда.

И упало слово веское:

Прочь Солхатовский улус,

За былую славу Невского,

Да за попранную Русь.

Мать – Святая Одигитрия,

Подняла высоко перст,

За избранного Димитрия

Разливался благовест.

И не дрогнули, не дрогнули.

Первый раз за сотню лет,

Наши прадеды припомнили

Песни прошлые побед:

Гнать врага лесными далями,

С Божьим словом на устах,

Не монголов побеждали мы,

Побеждали мы свой страх.

Побросавши шубы беличьи

Да казаны на золе,

Убегало войско Бегича,

По затоптанной земле,

Грозным князем пораженное,

Чтоб затихнуть до поры…

А Рязань опять сожженная,

Ставит новые дворы.

Обездоленная, бедная,

Не окрепнет к Покрову…

Рати с песнями победными

Повернули на Москву.

Глава 7. 1380 г. ПРЕДЫСТОРИЯ КУЛИКОВСКОЙ БИТВЫ

Только оттаял суровый Иртыш,

Двинул войска на Сарай Тохтамыш.

Хан молодой, да еще чингизид,

Скинуть Мамая-кията грозит.

Встретит его Золотая Орда,

Будут тумены крушить города.

С ним прекратится в Сарае резня,

С русских улусов приедут князья,

Хан Тохтмыш и силе, и велик,

Каждый получит заветный ярлык…

Встанут князья пред Мамаем стеной,

Надо ослабить Мамая войной…

Сбить с самозванца безродного спесь!

Сила у Дмитрия к этому есть!

Глава 8. ПОСЛЫ РЯЗАНСКИЕ В СОЛХАТЕ

Зная, что Мамай собирается идти войной на Москву, Олег просит обойти рязанскую землю стороной.

Златом сверкает Солхат,

Солнцу подобен сей город,

Только столетье назад

Был он и беден, и молод.

Нынче же в полной красе

Высятся в солнечном свете

Храмы, дворцы, медресе

И дорогие мечети.

Ханский дворец с трех сторон

В шлейфе цветущих растений,

Море лазурным ковром

Плещет у нижних ступеней.

Там, где заставлен был зал

Чашами, полными злата.

Гордо Мамай восседал,

Отпрыск презренных киятов.

Скоро поход на Москву,

В осень (таков уж обычай)

Время ордынскому льву

Вновь поживиться добычей.

Жестами, молча, без слов,

С гордой ухмылкой, глазами,

К хану позвали послов

Из «деревянной» Рязани.

Ждет ли посыльных успех?

Жаден Мамай и порочен.

Просит Рязанский Олег,

Выйти в обход его вотчин.

В дружбе клянется он впредь,

Милости городу просит,

Люди устали терпеть

Бедствия каждую осень.

Только сложили дома,

Быт возродили по крохам,

В осень пора закрома

Хлебом набить и горохом.

Только купили коров,

Стало и сыто, и складно.

Сколько в Рязани дворов

Бедных, пустых, безлошадных!

Топнул ногою Мамай:

Князь ваш со смертью играет,

Милость ему подавай,

Войско веди топким краем.

Где не шумят города,

Где перелески в болоте,

Чем поживится орда?

Чем нам кормиться в походе?

Где нам вставать на ночлег?

Где отдыхать мимоходом?

Пусть мне отправит Олег

С мясом обозы и мёдом.

Пусть ещё князь в краткий срок

Сына пришлет мне на службу,

Будет надежный залог

Нашей сложившейся дружбы.

Стали вы слишком смелы,

Чай, не боитесь набегов?

С тем удалились послы

Что им поведать Олегу?

ИСПОВЕДЬ ОЛЕГА ПЕРЕД СЕРГИЕМ РАДОНЕЖСКИМ В РЯЗАНСКОМ

УСПЕНСКОМ СОБОРЕ

Я, рязанский князь Олег Иванович,

Я, потомок Рюрика Великого,

Я, хранитель княжества рязанского,

Я взываю к Сергию Святителю,

Старцу Свято-Троицкой обители,

Рассуди меня теперь ты с Дмитрием,

Гордость не давала мне покаяться,

Жалко городов мне было отнятых

Да войной людей моих погубленных.

В чью глядеть мне сторону с надеждою?

Сам один я во поле травинушка,

Примири меня ты, Сергий, с Дмитрием,

Я своё исполню обещание:

Не пойду к Мамаю, не утешуся,

Глядя, как горят дворы московские.

Все мы – христиане православные,

Всем досталась доля многотрудная,

Не вольны мы на земле родителей,

Нет у нас ни злости, ни жестокости.

Нас призвал Господь к любви и жалости,

Дал великий дар нам всепрощения.

Я прощаю все обиды Дмитрию,

Уступлю ему Коломну с Лопасней,

Пусть оставит Тулу мне и Бересье,

Признаю Москву над нами старшею.

Будем жить с ней в мире и согласии.

Монастырь возвёл я в утешение,

Устоим, удержимся от ворогов,

Постригусь в монахи я смиренные…

ПОСЛЫ РЯЗАНСКИЕ В МОСКВЕ

Желание Олега отвести встречу войск Мамая и Дмитрия от

Рязанской земли.

В Московии дома с окошками резными,

Богаты скаты крыш, ограды и плетни,

Крестьяне здесь живут о бок с мастеровыми,

Из разных городов наехало родни.

На княжеском дворе народу – не пробиться,

Встречает князь послов с Рязанской стороны.

Надменен взор его, бояр суровы лица,

Но Дмитрий и Олег который год дружны.

На Русь идет орда, все сто туменов ханских,

Собрал Мамай полки из тысячи родов,

И, если выйдет князь в обход земли Рязанской,

С дружиною Олег к нему пойти готов.

Зачем пускать к Москве нам ворога степного,

Идти ему навстречь! А ждать никак нельзя!

Под знаменем Христа людей пребудет много,

Помогут в трудный час соседские князья.

Задумчив Дмитрий-князь, покинуть ли Московью?

Запрятать ли детей подальше от беды?

Берег он славный град сыновнею любовью,

Пошли ему, Господь, победу за труды!

Пусть выйдет князь Олег прямой дорогой к Туле,

С дружиною своей, лишь кончится страда,

То будет в сентябре, а Дмитрий-князь в июле

Пошлет своих гонцов в другие города.

Димитрий наказал Олегу поклониться,

Москва пойдет в обход, вдоль Лопасни на Дон,

В Рязани закрома останутся с пшеницей,

И, может год пройдет обычным чередом…

ИСПОВЕДЬ ДМИТРИЯ ИВАНОВИЧА ПЕРЕД

СЕРГИЕМ РАДОНЕЖСКИМ В ТРОИЦЕ-СЕРГИЕВОЙ

ЛАВРЕ

Ты прости мне, Светлый Отче,

Окаянную гордыню,

Горько плачусь о деяньях,

Что тобою осужденны…

Я прошу теперь смиренно

Твоего благословенья.

Мне сейчас печаль-забота

За детей да за Московью,

За людей моих и братьев,

Кто в мою поверил силу…

Управлять хотел едино

Я князьями и Собором

И желал объединенья

Под моей единой властью,

Потому и поступился

Митрополичьим законом,

Нет в Москве митрополита,

Прочь прогнал я Киприана,

Он Анафемой грозился,

Грех мне сей – страшнее смерти.

А теперь поход нам выпал,

Время битвы подоспело,

Раздразнили мы Мамая,

Он собрал свои тумены,

Будет сеча между нами,

Тохтамыш помочь сказался,

Обойти Мамая с тыла.

Как одержим мы победу,

Я построю Храм Великий,

Пусть звонят на колокольнях

О Христовом Всепрощенье!

А окрепнем в силе русской,

Разобьём и Тохтамыша!

Будет наш народ свободным

От нужды и разоренья!

Ни одни степные волки

Не войдут на нашу землю!

ПЛАЧ НА МОСКОВИИ

Стон стоит по всей Москве,

Жены плачут о любимых,

Лютым ветром в синеве

Тучи чёрные гонимы.

Где прольют они дожди?

Не походным ли на плечи?

Им же пешими идти

Долго, трудно и далече.

Где отыщется привал?

Может, в той осенней вязи?

Там, где ливень наливал

Полны лужи жидкой грязи.

Чем укроются оне

От дождя во поле ровном?

На походном, на огне

Будет хлеб сушиться черный.

Пролетите стороной,

Злые тучи, вражьи стрелы,

Воротитесь же домой,

Все мужья на Свете белом.

Там, где теплится очаг,

Где в печи пирог да каша,

Где горюют при свечах

Жены ласковые ваши.

Там детишек полон дом

Светло-русых, белоликих,

Но: дорога вам за Дон,

Лечь на поле, на великом!

Глава 9. ВЫСТУПЛЕНИЕ ДМИТРИЯ НА ДОН

Владимирский престол, равно как и Московский,

Имел Димитрий-князь согласно ярлыкам,

Ему не уступал по землям князь Литовский,

Раскинулась Литва по многим берегам.

Смоленск, и Курск, и Брянск – литовские поместья,

И там, где ныне Минск, и там, где ныне Львов,

И с Пруссией в родстве, и с Польшею совместно

Границами дошла до окских берегов.

От синего Днестра до Балтики холодной

Мы связаны с Литвой историей одной,

Брать из Литвы невест бывало очень модно,

Была Ольгерда дочь – Олеговой женой.

Огромная Литва славян теснила сильно,

Но общее родство спасало их всегда,

До польских королей был православным Вильно,

И в ересь не впадал в ту пору никогда.

Рязани воевать с Литвою не пристало,

Коль сунешься туда – дадут «на калачи»,

Олег хоть и свояк литовскому Ягайло,

Но, если что не так, с ним скрещивал мечи.

Удельные князья, московские вассалы

Вели свои полки к московской стороне,

Великие князья, которых было мало, –

Решали для себя, в чём выгода в войне.

Великий Псковский князь – стерег свои границы,

Тверской великий князь – не думал помогать,

Смоленский князь решил с Москвою задружиться,

Но боязно ему Мамая отвергать.

Ягайло не спешил Мамаю дать дружины,

С оглядкой на Рязань сидел в своем кремле,

Ах, только б пронеслась война чумная мимо,

Ах, только б не свернул Мамай к его земле.

Литовские князья из Полоцка и Брянска

Андрей и Дмитрий-брат пошли служить Москве,

Идет без князя рать в Москву с земли рязанской,

Боярин Салахмир – у войска во главе.

Собрал Димитрий-князь несметные дружины,

Молебен отстояв в Коломенском кремле,

Он двинулся на Дон, земель Рязанских мимо,

И гордо восседал пред войском во седле.

И силушка текла полями, вдоль границы,

Опушками лесов, в болотистую сыть,

Раскинула крыла, как будто лебедица

И тянется к реке донской воды испить.

Наладили мосты и броды по осоке,

У местных рыбаков забрали челноки,

Пусть берег не высок и русло не широко,

Лишь узенький исток великой Дон-реки.

Раскинули шатры, а те, кто победнее,

На лапник улеглись, достали сухари,

Им каши на костре душистей и вкуснее,

Когда вода в котле пускает пузыри.

У Дмитрия в шатре князья да воеводы

Решают меж собой, как выстроить полки,

Господь их одарил хорошею погодой,

Не топки для стрелков болотистые мхи.

Для конных подойдет осинник за оврагом,

Где самый жар борьбы отряды обождут,

А прозвучит сигнал – с удвоенной отвагой

Нещадно будут бить Мамаеву орду.

А после князь вдвоем с боярином Бреноком

Решал, как провести им лучше басурман,

Боярин с ним похож, лишь меч с другого боку,

И князь решил сменить доспехи на кафтан.

ГЛАВА 10. КУЛИКОВО ПОЛЕ

Там, где Непрядва сливается с Доном,

Волово озеро с топким затоном,

Между оврагами ровное поле,

На две версты шириною, не боле.

Сосны по краю растут здесь подковой,

Поле великое ты – Куликово.

Что ты скрываешь в себе, словно бремя,

Сколь ты не пахано, долгое ль время?

Тишь да туман, никакого движенья,

Здесь было главное наше сраженье.

Жадностью, гневом иль Божию карой

Русичи гибли и гибли татары,

Смелые, стойкие, слабые, трусы,

С разных земель и из разных улусов.

Жены их – вдовы, а дети – сироты,

Много могильщикам было работы,

И мародеры тащили мешками

Шлемы, доспехи, мечи с сапогами,

Сбруи да седла, подков конских тыщи,

Лапти и колья бросали в кострище.

В тяжком сраженье победа добыта,

Славных двенадцать князей здесь убито,

С ними бояр – молодых и отважных,

Каждый был предан земле своей, каждый:

Сорок Московских да тридцать Ростовских,

Муромских сорок да Суздальских сорок,

Угличских, Галицких, Дмитровских – двадцать,

Тридцать Литовских, с Коломны пятнадцать.

А из Рязани их семьдесят было!

Всем им с победой досталась могила.

Верный боярин Донского был молод,

С княжеской свитою здесь он заколот,

Княжеский шлем был на нём и доспехи,

Смерть залатала на теле прорехи.

Души умерших блуждают здесь тенью,

Чьи имена мы предали забвенью.

Стали болотом Непрядва и Меча,

Время глубокие раны не лечит.

Что ж ты, поле, и бедно, и голо,

Нет здесь давно ни татар, ни монголов.

Там, где покоятся воины наши,

Землю никто никогда не распашет…

Князь же Димитрий вернулся в Московью,

Принял народ его с прежней любовью.

Быстро ли, нет ли, а может быть, сразу

Прозвище дали «Донской» они князю.

Хан Тохтамыш сел на место Мамая,

Правит умело, князей облагает

Данью великой за прежние годы,

Вечно с добычей его воеводы.

Русь велика, да хозяева те же,

Ханово войско и грабит, и режет,

Ну а когда возвращаются к Волге,

Вновь на Рязань налетают, как волки.

Жизнь продолжается дальше по кругу,

Снова князья ненавидят друг друга,

Снова единство народа забыто,

Ложь торжествует, где правда сокрыта.

Те, кто дошел до вершины успеха,

В летопись впишут победные вехи,

Были друзьями, простились врагами,

Звезды все те же сияют над нами,

Солнце всё то же. И люди всё те же,

Веселы чаще, но счастливы реже…

Вместо любви в черствых душах – пустыня,

Вновь разделили всех власть и гордыня…

Примем смиренно ли мы наказанье?

Нет нам Руси без Москвы и Рязани.

ЭПИЛОГ

Вот и века, как года, пролетели,

Весны и зимы, дожди и метели,

Два полководца, два князя Великих,

Чем-то похожи и всё ж разнолики.

Оба служили земле и народу,

Оба сражались за Русь и Свободу,

Каждому город сберечь – дело чести,

Каждый служил на завещанном месте.

Бились с соседями, бились с Литвою,

Бились с кипчаками, бились с Ордою,

Не было слабых тогда или трусов,

Русь была общим татарским улусом,

Ханы менялись, менялись законы,

Строились храмы, писались иконы,

Дмитрий с Олегом как старые други

Соединили детей своих руки.

Но для потомков Донской – созидатель,

Князь же Олег – и изгой, и предатель.

Всё забывается: горе и беды.

Пишем историю нашей победы,

Только в ней правда опять без названья…

Кем же Москва приходилась Рязани?

Добрым соседом? Соперницей злою?

Может быть, чаще в то время везло ей?

Знаю одно – что границы Московьи

Были начертаны русскою кровью.

К стенам Рязани подходит граница

Нашей большой, необъятной столицы.

Впрочем, теперь это стало неважно,

То, что сражались рязанцы отважно,

Что нам земля, что когда-то лишились,

Мы и работать на ней разучились.

Вон её сколько гуляет в округе,

Тронуть не смей, есть хозяин и слуги.

Тему дорог обойдем откровенно,

Гоголь давно их воспел незабвенно.

Может, такими нас сделал Создатель?

Главное, в чём же Олег был предатель?

Княжество он охранял – все мы знаем,

Он не послал своё войско Мамаю,

Бились рязанцы под флагом Донского,

Кто же сказал это чёрное слово?

Стал наш Олег – Иакимом-монахом,

Жил аскетично, что ж, мир его праху!

Он и от дел от мирских удалился,

Долго ночами келейно молился,

Всё о грехах исповедовал Богу,

Может, предвидел он нашу дорогу?

Пусть поглядит, вот, мы русские люди,

Судим о нём, как великие судьи.

Ценим успех, и достаток, и силу,

Да забываем про крест и могилу –

Общий итог всех отцов и народов,

И такова наша с вами природа –

Скрыть под землей и грехи, и изъяны,

Деревом стать или чёрным бурьяном.

Выбор за нами, итог недалече,

Не осуждайте….и станет нам легче.

Татьяна БОЧАРОВА (Рязань)

Поделиться в соцсетях
Оценить

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

ЧИТАТЬ ЕЩЕ

ЧИТАТЬ РОМАН
Популярные статьи
Наши друзья
Авторы
Владимир Хомяков
г. Сасово, Рязанская обл.
Юрий Кравцов
пос. Суземка, Брянская обл.
Наверх