Главный итог перестройки — духовное освобождение народа

Эпоху перестройки в наше время принято бездумно ругать как период, когда «Горбачев разваливал СССР». Такой уровень рассуждений сразу же показывает глупость и невежество. Глупость – считать, что один человек мог разрушить «сверхдержаву». (Аналогичная глупость – все обвинения в адрес святого Государя Николая II.) Невежество – сведение исторического процесса только к политике. Кроме того, распад исторической России, тогда существовавшей под именем «СССР», был не результатом перестройки, а был неизбежным итогом всего советского периода. Наследники большевиков просто приватизировали республики в свою номенклатурную собственность. И при этом они – единственный раз в истории – пользовались массовой поддержкой народа, который так ненавидел «совок», что готов был променять его на все что угодно. За «независимую Украину» массово голосовали на референдуме 1 декабря 1991 года и в Донецке – я лично этому свидетель. Современная русофобия – это прямое наследие СССР, который народы возненавидели так, что перенесли эту ненависть и на современную Россию.

Итог перестройки – вовсе не распад СССР, а духовное освобождение русского и других народов от духовного рабства у безбожного режима.

В целях исторического просвещения и извлечения уроков из прошлого ради настоящего стоит вспомнить, как перестройка от поиска «социализма с человеческим лицом» (которого не может быть в принципе, потому что у социализма всегда звериная харя грабителя и рабовладельца) перешла к разрушению духовной и социальной тюрьмы народов под именем СССР.

Переломным моментом стал Первый съезд народных депутатов в июне 1989 года, на котором фактически произошел прорыв в публичное пространство антисоветского дискурса – особенно ярко это проявилось в выступлениях депутатов из Прибалтики, которые прямо заявили о «советской оккупации» их республик. Последний факт весьма показателен. Ведь до 1917 года в царской России у прибалтийских народов никогда не было никаких антирусских настроений, никакой русофобии. Они появились только в советское время, которое этими народами действительно воспринималось как оккупация. И эту ненависть они затем перенесли на саму Россию. Это самое трагическое недоразумение, ведь первой жертвой большевизма была сама Россия, но потом её саму и обвинили во всех преступлениях советского режима! И до тех пор пока Россия не избавится от советского наследия, русофобия окружающих её народов не исчезнет и является закономерной.

Победа над советизмом в интеллектуальной среде, в «толстых» журналах, которая свершилась в 1989-1990 гг. – это наше важнейшее наследие, которое не устарело, но, наоборот, сейчас стало самой актуальной классикой.

С 1989 года в «толстых» журналах стали появляться публикации антисоветского характера. В №4 журнала «Новый мир» 1989 года была опубликована статья А.С. Ципко «Хороши ли наши принципы?», которая представляла собой уже полный разгром марксизма и советской идеологии. В №7 журнала «Новый мир» вышла подборка материалов, которая разбивала советскую идеологию: здесь были опубликованы «Нобелевская лекция» А.И. Солженицына и статья академика И.Р. Шафаревича «Две дороги к одному обрыву», в которой был дан ортодоксально-христианский взгляд на современную цивилизацию и негативно оценивались оба её варианта – и советский, и западный. В №12 журнала «Новый мир» опубликована статья математика и философа В.Н. Тростникова (1928-2017) «Научна ли «научная картина мира»?», которая давала ортодоксально-христианский взгляд на современную науку и доказывала, что наука не только не противоречит Библии, но прямо приводит к ней. Радикальной критикой занимались не только гуманитарии, но и ученые из других сфер. Выдающийся хирург академик Н. Амосов, разработавший свою оригинальную теорию систем, в журнале «Смена» 1990, №12 в статье «Возвращение из утопии» показывал катастрофическую неэффективность советского экономического строя и предлагал собственную программу реформ.

Советский взгляд на историю разрушался также публикациями «лагерной» прозы – «Колымских рассказов» В. Шаламова в журнале «Знамя» (1989, №6) и знаменитого «Архипелага ГУЛАГа» А. Солженицына в «Новом мире» (1989, №№8-11). Произведения «Красный террор» С. Мельгунова и «Неугасимая лампада» Б. Ширяева – о Соловецком концлагере – публиковались в «Нашем современнике» в 1991 году.

В свою очередь, разрушалась и идеология «социалистического реализма». Среди массы публикаций на эту тему следует выделить яркую и глубокую статью известного исследователя творчества Н.В. Гоголя, литературоведа И. Золотусского «Крушение абстракций» («Новый мир», 1989, №1). Он писал: «Литература невольно возвращается к старым ценностям и к старой символике, обозначающей эти ценности. Евангельская символика воскресает и в рассказах В. Астафьева, и в романе Ю. Домбровского «Факультет ненужных вещей». В этой статье была прямо провозглашена необходимость возвращения к христианским основаниям русской литературы.

Исследователи отмечают и феномен распространения «профессорской публицистики» в эпоху перестройки, то есть появление большого массива статей в «толстых» журналах, написанных крупными учеными. Здесь особо следует выделить статьи академика Д.С. Лихачева (1906-1999) и тогда еще будущего академика С.С. Аверинцева (1937-2004). Статья Д.С. Лихачева «Память преодолевает время», которой открывался первый номер нового журнала «Наше наследие», акцентировала необходимость возвращения к глубинной культурной традиции и была не лишена критического пафоса. Автор в ней писал, что в СССР «плодилась серость, безликость – в литературе, живописи, архитектуре и т. д. Мне совершенно ясно, например, почему некоторые современные писатели активно выступают против публикаций тех литературных произведений, которые десятилетия не могли найти место в наших изданиях. Да потому, что на этом фоне их собственные произведения будут выглядеть ничтожно». Новый журнал «Наше наследие», начавший выходить в 1988 году, был самым традиционалистским на тот момент – целиком обращенным к русской культуре до 1917 года, а также к культуре русской эмиграции ХХ века.

Отдельно следует отметить публикации в журнале «Юность» этого периода текстов философов, писателей и поэтов Серебряного века. Новый журнал «Век ХХ и мир» также публиковал классиков русской мысли, но особенно выделялся острой политической публицистикой. Новый журнал «Диалог» был официальным органом ЦК КПСС, который пытался участвовать в общественных дискуссиях, оставаясь на марксистской платформе.

В периодике 1990–1991 годов публиковались фрагменты из книги историка, социолога и философа М.С. Восленского (1920–1997, в 1975 г. эмигрировал в Германию) «Номенклатура. Господствующий класс Советского Союза», а в 1991 году книга вышла в Москве отдельным изданием. Фактически на тот момент она была главным научным трудом, в котором советский строй характеризовался как антагонистический – как диктатура замкнутой партийной касты над бесправным народом.

Таким образом, к 1990 году мыслящая часть общества в умирающем СССР уже получила вполне сформировавшееся мировоззрение, которое обеспечивало полное понимание всего происходящего – и обреченность советского режима, и его подлинную природу, и всю ложь, на которую он опирался. Дело оставалось только за его фактическим исчезновением, которое уже не заставило себя ждать. В то время никому и в страшном сне не могла бы присниться нынешняя дегенеративная ресоветизация. Но опыт нашей истории доказывает, что все советское является изначально мертворожденным.