СТЕПАН РАЗИН. Борис Беленцов

НА ЗАСТАВКЕ: Картина выдающегося русского художника Василия Сурикова "Степан Разин." 1906 г.

Дождиком умытая,
Тишиной укрытая,
Спит родна сторонушка, Богом позабытая.
Полыхает зарево.
Опустилось марево.
Всё вокруг казённое, то есть государево.

С птицы, зверя, рыбы ли
Воеводе прибыли.
А мужик, как водится, на краю погибели.
Мы же люди вольные,
А дела разбойные.
Песни развесёлые да заупокойные.

Буйные головушки,
Сабли просят кровушки.
Плачут бабы на Дону – жёны мы, аль вдовушки?
Волга – наша матушка.
Дон широкий – лапушка.
Тимофеич свет Степан – атаман наш батюшка.

Голова кудрявая,
Поступь величавая,
Замахнётся саблею – искры над державою.
Басурмане бесятся,
С перепугу крестятся.
В белокаменной Москве семь бояр повесятся.

Как по морю-морюшку
Прочь от горя-горюшка
Струги Тимофеича вырвались на волюшку.
Море то Хвалынское:
Тучи, небо низкое.
Всей ватагой двинулись к берегу персидскому.

Жгли огнём и полымем,
Весть летела голубем:
«Стенька Разин атаман город брал за городом!»
Казаки довольные.
Ружья длинноствольные.
Атаман привёл ватагу на хлеба привольные.

Сапоги сафьяновы,
День и ночь все пьяные.
Персиянки тамошни стройные, румяные.
Шах со страху пучился,
Но потом очухался:
«Разина садить на кол, чтобы долго мучился».

Захотел прославиться
И в поход отправился
Флотоводец Мамед-хан с дочерью красавицей.
Казаки бывалые,
Смерть не раз видалые.
Разгромили шаха флот они кровью малою.

Бились насмерть казаки,
Брали персов за грудки,
Рвали крепкими зубами волосаты кадыки.
Воеводы бравые.
Да стрельцы лукавые
Дань платили Разину, тайно за заставою.

Струг набили цацками,
Золотом с опаскою.
Атаман же свой дуван женскою взял ласкаю.
Распрекрасная княжна,
Мамед-хана дочь она,
Непокорная гордячка – атаманова жена.

В расписном шатре парчовом
Да на струге золочёном
Волновал всех казаков силуэт её точёный.
Промеж них носился глас:
«Променял на бабу нас.
За что, братцы, кровь пролили, где наш золотой запас?»

Тот услышал глас Степан.
Вышел молча атаман.
Прижимал к груди широкой драгоценный свой дуван.
Зябко ёжилась княжна.
Волга вспучилась со дна.
И в пучину погрузилась атаманова жена.

Плачет Волга-матушка.
Зарыдал Дон-лапушка.
Тимофеич атаман – прослезился батюшка.
Той слезой умытая,
Горюшком укрытая,
Спит моя сторонушка, Богом позабытая…
Правды нет в пергаменте –
Вековом фундаменте.
Тимофеич - свет Степан жив в народной памяти.

Борис Беленцов, пос. Увильды, Аргаяшский район, Челябинская обл.