Главная » Поэзия

Сквозь нежить гравия бетона,

Пробив себе живой проток,

Проклюнулся в дороге средь гудрона

Зеленый нежный маленький росток.

Извечно от Отца исходит,

Единосущен Сыну Он,

Он неожиданно приходит

Из сердца Им воздать поклон.

Народу «слуги» стряпают законы,
Как янки на захваченной земле,
И голосуют за «каноны зоны»,
И «кандалы» в штрих-кодовом числе.

Город убитых слов,

В буквах – смертельный яд…

Сети великих снов

В мутных зрачках стоят.

Нежный аромат жасмина
Наполняет кроны сада,
Из-за трелей соловьиных
Мне не спится. Я бы рада

«Все ходят в шляпе, а он в цилиндре», — цепкое замечание вечного оппонента Николая Гумилева Александра Блока. Сын корабельного врача, Николай Гумилев творил свою биографию и делал это с азартом. Гумилев учился противопоставлять себя обществу.

Миллионный мегаполис

В государстве есть.

По закону ему – слава,

По отваге – честь!

Я люблю Рязанские долы

Между ними гречиха цветет

Здесь родился Сергей Есенин

Здесь живет наш русский народ

Жизнь поэта удалась на славу –

Мир меня ославил: «Странен тот,

Кто лишь Святорусскую Державу

И Царя грядущего поёт».

Конгениально, граждане мясные!

Футбол заменит вам КПСС.

Вы будете, как тузики лихие,

Гонять башку по полю без Небес.

Летела смерть-воровка,

Нечаемая смерть.

Горячая воронка.

Дымящаяся твердь.

Матушка руки подставит сыночку,
перинку подстелет.
За тревогами и молитвой скоротает темную ночку,
не тронет постели.

На Голгофу дороги разные,
А у Русских – особенный путь:
Нас от счастья как - будто бы сглазили
И живём как – нибудь, где – нибудь…

Вышел мальчишка на берег у моря,
Стал рисовать на песке.
Волны смывали картины так скоро,
Вслед им смотрел он в тоске.

Фашисты под Кущёвской шли в атаку,
Кипел кровавый, беспощадный, жаркий бой!
Верхом с казачьим гиком в контратаку,
Летели казаки на них волной...

Он молча осенил крестом

Свою израненную грудь.

И, так же молча, за Христом

Ушёл он в свой последний путь.

В небе солнце сияет, хотя не палит,

Лист желтит, скоро осень настанет.

Над могилой солдат, старый воин стоит,

Сердце так от утраты страдает.

Такой мы её не гадали-не ждали,

Хоть, вроде бы, предощущали всей кожей.

Так что же смело нас? Ошибки? Орда ли?

А может, и в правду, был бич это Божий?

Ох, Россия, моя сторона,
Та, что Богом одарена свыше.
Здесь под синью небес купола
Разукрасили землю под высью.

Нам меч для битвы грозной дан,
И Бог для слез, для покаянья.
Поднимем, братья, вновь стакан
К врагам Христа без состраданья!