Иван Шувалов. Нетипичный фаворит

Опубликовано 12.11.2021
Иван Шувалов. Нетипичный фаворит

«Я рожден без самолюбия безмерного, без желания к богатству, честям и знатности», - так говорил о себе один из благороднейших и просвещеннейших людей 18 века, Иван Иванович Шувалов.

Родился он в Москве, в семействе капитана Семеновского полка Ивана Максимовича Шувалова-младшего и супруги его Татьяны Родионовны. Отец бОльшею частью отсутствовал по долгу службы, и воспитанием сына занималась мать. Юный Ваня получил хорошее домашнее образование. Причём его соучеником был Саша Суворов. Мальчиков обучал один наставник, и в детские годы они были дружны между собой.

Шувалов с детства имел большую охоту и способность к учению. Он знал 4 языка и свободное время предпочитал проводить за книгами, занимаясь самообразованием. Когда ему исполнилось 15 лет, то родственники его, братья Шуваловы, взявшие много власти после дворцового переворота, приведшего их стараниями на престол Елизавету Петровну, «пристроили» отрока ко двору в качестве пажа. В эту пору он иногда сопровождал на охоту цесаревну Екатерину Алексеевну. Последняя, став Императрицей, вспоминала: «Я вечно находила его в передней с книгой в руках, я тоже любила читать, и вследствие этого я его заметила, на охоте я иногда с ним разговаривала; этот юноша показался мне умным и с большим желанием учиться; я его укрепила в этой склонности, которая была и у меня, и не раз предсказывала ему, что он пробьет себе дорогу, если будет приобретать себе знания. Он также иногда жаловался на одиночество, в каком оставили его родные; ему было тогда восемнадцать лет, он был очень недурен лицом, очень услужлив, очень вежлив, очень внимателен и казался от природы очень кроткого нрава. Он внушал мне участие, и я с похвалой отозвалась о нем его родным, все любимцам императрицы, это привязало его ко мне – он узнал, что я желала ему добра, они стали обращать на него больше внимание; кроме того, он был очень беден».

Свою роль в судьбе «бедного юноши» Екатерина преувеличивала. Однако, образ юного Шувалова был нарисован ею вполне точно. И тогда, и позже все отмечали исключительную вежливость и внимательность Ивана Ивановича. Он никогда ни с кем не ссорился, был мягок, предупредителен, обходителен, умел естественным образом располагать к себе людей. При этом в его мягкости не было ничего от искательства. А было лишь то, что теперь назвали бы природной интеллигентностью.

По совпадению, когда сестра Ивана Ивановича выходила замуж за князя Голицына, в Москве гостила Государыня Елизавета Петровна. Весёлая Императрица не преминула принять участие в празднике, и на нём пред ясные очи её был представлен паж Иван Шувалов, к тому времени из отрока превратившегося в статного, видного юношу под два метра ростом. Паж вскорости стал камер-юнкером, а затем и камергером. И… фаворитом стареющей Елизаветы.

Фавор этот продлился до самой кончины Императрицы и был весьма счастливым для России. Если в начале Государыня проявила к Ивану Ивановичу интерес, лишь как к красивому молодому человеку, то в дальнейшем обрела в нём действительно близкого человека, верного друга, помощника, советника. Между ней и её фаворитом существовало полное доверие. Он был единственным, кто имел право личного доклада ей во всякое время. На него было возложено ведение многочисленными государственными вопросами – фактически Иван Иванович играл роль связного между Императрицей и кабинетом министров. Он готовил для Елизаветы все доклады, он же писал указы от её имени. В последние годы жизни Государыни Шувалов руководил и внешней политикой России.

Однако, главной отраслью его деятельности было всё же просвещение. Иван Иванович близко дружил с Ломоносовым, брал у него уроки и оказывал покровительство. Он убедил Императрицу в необходимости учреждения в России университета, и так был открыт Московский университет, куратором которого стал Шувалов. Днём открытия университета Иван Иванович избрал день памяти Святой мученицы Татьяны – именины своей возлюбленной матери. Новая обитель учености была открыта «для всех сословий». Шувалов составил устав университета, покупал книги и учебные пособия, организовал при университете собственную книжную лавку и типографию. В этой типографии помимо учебников и книг печатались «Московские ведомости», созданная Шуваловым газета. Университет имел собственную библиотеку, которая «была отворена для студентов» каждую среду и субботу. При нем были организованы две гимназии. Иван Иванович добился автономии для университета, дабы он не зависел от московских властей. Ещё одной задачей было обеспечить учебное заведение русскими педагогами. На первых порах их практически не было, и необходимо было срочно готовить кадры, ибо и Шувалов, и Ломоносов были убеждены, что просвещение должно осуществляться на русском языке и русскими учителями.

В советские времена роль Шувалова в создании Университета принято было замалчивать, приписав сию заслугу одному лишь Ломоносову. Но, вот, что писал сам Михаил Васильевич:

«Милостивый государь Иван Иванович! Полученным от Вашего Превосходительства черновым доношением Правительствующему Сенату к великой моей радости я уверился, что объявленное мне словесно предприятие подлинно в действо произвести намерились к приращению наук, следовательно, к истинной пользе и славе отечества. При сем случае довольно я ведаю, сколь много природное Ваше несравненное дарование служить может, и многих книг чтение способствовать. Однако и тех совет Вашему Превосходительству не бесполезен будет, которые сверх того университеты не токмо видали, но и в них несколько лет обучались, так что их учреждения, узаконения, обряды и обыкновения в уме их ясно и живо, как на картине, представляются. Того ради ежели Московский университет по примеру иностранных учредить намеряетесь, что весьма справедливо, то желал бы я видеть план, Вами сочиненной. Но ежели ради краткости времени, или ради других каких причин того не удостоюсь, то уповая на отеческую Вашего Превосходительства ко мне милость и великодушие, принимаю смелость предложить мое мнение о учреждении Московского университета кратко вообще».

Шувалова по праву можно назвать отцом русского университета, русского высшего образования. Что же касается Ломоносова, то было бы весьма неверно думать, что тот занимал перед своим благодетелем некое услужливо-униженное положение. Это была дружба и сотрудничество двух единомышленников, ищущих блага своему Отечеству. А в случае чего «простой мужик» Ломоносов мог и вспылить и весьма резко обратиться к вельможе: «Никто в жизни меня больше не изобидил, как ваше превосходительство. Призвали вы меня сегодня к себе. Я думал, может быть какое-нибудь обрадование будет по моим справедливым прошениям. Вдруг слышу: “Помирись с Сумароковым”, то есть сделай смех и позор. Свяжись с таким человеком, который ничего другого не говорит, как только всех бранит, себя хвалит и бедное свое ритмичество выше всего человеческого знания ставит. Я забываю все его озлобления и мстить не хочу никоим образом, и Бог не дал мне злобного сердца; только дружиться и обходиться с ним никоим образом не могу, испытав через многие случаи и зная, каково в крапиву… Не хотя вас оскорбить отказом при многих кавалерах, показал я вам послушание, только вас уверяю, что в последний раз… Будь он человек знающий и искусный, пусть делает он пользу отечеству, я по малому таланту так же готов стараться, а с таким человеком обхождения иметь не могу и не хочу, который все прочие знания порочит, которых в духу не смыслит. И сие есть истинное мое мнение, кое без всякие страсти ныне вам представляю. Не токмо у стола знатных господ или у каких земских владетелей дураком быть не хочу, но ниже у самого Господа Бога, который мне дал смысл, пока разве отнимет…»

Иван Иванович на подобную строптивость не обижался. А лишь горевал, что не удаётся ему, миротворцу по складу характера, примирить двух талантливых русских людей. Имя Сумарокова неслучайно возникает в отношениях Шувалова и Ломоносова. Иван Иванович был покровителем не только науки, но и театра. «Русский для представления трагедий и комедий театр» – так назывался первый публичный русский театр, открытый в Головинском особняке на набережной Васильевского острова. Директором его был назначен Сумароков. Актрис, актеров и прочих работников для театра сперва набирали через Московский университет, давали объявление в «Московских ведомостях». Директор Московского университета сам возил лучших своих воспитанников в Петербург, чтобы представить их куратору Шувалову. Среди них был и Денис Иванович Фонвизин, чей талант Иван Иванович оценил по достоинству, оказывая ему протекцию. Интересно, что миротворцу Шувалову пришлось мирить Сумарокова не только с Ломоносовым, но и с актрисами собственного театра…

Ещё одно детище мецената – Санкт-Петербургская Академия художеств, под которую отдал он собственный особняк, построенный для него по велению Елизаветы. В первом наборе было всего 16 учеников, через четыре годы их было уже 68. Шувалов сам отбирал первых учеников, оценивая лишь их талант и невзирая на происхождение. На кого же пал выбор фаворита? Имена эти скоро составили славу России: Антон Лосенко, Федот Шубин, Федор Рокотов, Василий Баженов, Иван Еремеев, Иван Старов. Лучших учеников Шувалов отправлял за свой счет на стажировку за границу. За границей же покупал он шедевры западных мастеров и заказывал многочисленные копии лучших статуй. Из этих приобретений формировались коллекции Академии художеств и Эрмитажа.

Иван Иванович болел за написание русской истории, подталкивая к этому подвигу Ломоносова. По его инициативе – для поднятия престижа России в мире в противовес очернению её – самому Вольтеру было поручено написание истории Петра Великого. И хотя русскому читателю этот труд не пришёлся по сердцу, но внешнеполитическую задачу он выполнил вполне.

Понятие фаворит часто и справедливо ассоциируется к утопанию в роскоши, к пользованию чинами и прочими благами. Шувалов в этом смысле был весьма нетипичный фаворит. Получив звание камергера, он отказался от чинов дальнейших. Отказался и от графского титула. Умирающая Императрица подарила ему миллион рублей, а он по смерти её отдал эти деньги её племяннику – т.е. вернул казне. А оказавшись с приходом к власти Екатерины в опале, вынужден был продать часть своей коллекции, чтобы уехать за границу.

За границей он прожил 14 лет. В Париже он почти сразу вошел в круг приближенных Марии-Антуанетты. Когда об этом узнала Екатерина, то решила использовать таланты Шувалова на дипломатическом поприще. Официально он не получил никакой должности, но неофициально все эти годы вел внешнеполитическую работу в интересах своего Отечества. Связи Шувалова с европейскими дворами и иностранными министрами позволили обеспечить Алексею Орлову благополучное пребывание и нужное снабжение перед решающим походом в Эгейское море в 1769 году. В 1770 году Шувалову было поручено повлиять на папу Климента XIV и добиться отстранения недоброжелательного по отношению к России нунция Дурини в Варшаве. В итоге папа не только удалил из Польши Дурини, но и назначил новым нунцием кандидата, предложенного Иваном Ивановичем.

Вернувшись в Россию Шувалов организовал первый литературный салон в России. В нем часто бывали княгиня Екатерина Дашкова, Денис Фонвизин, Иван Дмитриев, Михаил Херасков, Гавриил Державин. Вместе с Дашковой он занимался изданием «Собеседника Любителей Российского Слова». В родной первопрестольной Иван Иванович профинансировал создание больницы и училища для детей-сирот из бедных семей. Он продолжал быть куратором Московского университета, стал членом Российской академии наук.

Умер выдающийся русский просветитель и замечательный человек 18 века уже в царствование Павла Первого. Местом упокоения его стала Благовещенская церковь Александро-Невской лавры.

Е. Фёдорова

ИСТОЧНИК: http://rys-strategia.ru/news/2021-11-11-13009

Памятник графу Ивану Шувалову - одному из основателей Московского Государственного Университета, установлен напротив Музея истории и Научной фундаментальной библиотеки МГУ.

КАК ФАВОРИТ ИМПЕРАТРИЦЫ ИВАН ШУВАЛОВ СПАСАЛ РОССИЙСКУЮ НАУКУ И ИСКУССТВО

Вельможа «без желания к богатству» - уникальное явление

Всесильный фаворит Елизаветы Петровны красавец Иван Шувалов не жаждал славы и богатства. Он отказывался от титулов и наград, а большую часть получаемых денег тратил на благотворительность и меценатство. Ему Россия обязана Московским университетом, Академией художеств, театром и Эрмитажем. Дела свои Шувалов не предавал огласке. Подобных примеров бескорыстия российская история тогда еще не знала.

«Разумник»

Иван Иванович Шувалов родился в 1727 году. Воспитывала его мать - мелкопоместная дворянка Татьяна Ратиславская. Иван получил хорошее домашнее образование и к 14 годам знал четыре языка. В 1741 году, благодаря стараниям его родственников - могущественных братьев Петра и Александра Шуваловых он стал камер-пажом. Серьезный и начитанный Иван сильно отличался от своих сверстников. Другие юноши с девицами общались, а этот «разумник» все время проводил с книжками, танцами не увлекался, да и ростом был невелик.

Однако к 18 годам Иван Шувалов вырос в двухметрового красавца. И при этом характер его не изменился, он все также книги и размышления предпочитал обычным забавам елизаветинского двора. Императрица Елизавета Петровна обратила внимание на задумчивого красавца на свадьбе его сестры с князем Голициным.

Ловким братьям Шуваловым удалось устроить Ивану и государыне встречу наедине. Вскоре юношу произвели в камер-юнкеры, а затем назначили действительным камергером. Тогда многим казалось, что Иван ненадолго привлечет императрицу, и его заменит очередной любимец. Впрочем, все случилось иначе. Шувалов оставался фаворитом Елизаветы до самой ее смерти.

Рядом с красивым юношей императрица чувствовала себя молодой. К тому же она сразу оценила поистине золотой характер Шувалова. Он не проявил ни наглости, ни жадности. При этом влияние его было огромно - в конце жизни Елизаветы Шувалов являлся единственным ее докладчиком, готовил тексты указов и объявлял сановникам решения самодержицы.

В 1757 году вице-канцлер Воронцов представил государыне проект указа о присвоении Шувалову титула графа, сенаторского чина, 10 тысяч крепостных душ. Но Иван Иванович отказался от титула. Графом он так и не стал. Это была его принципиальная позиция, в дальнейшем Шувалов не принял титул и от Екатерины II. «Могу сказать, что рожден без самолюбия безмерного, без желания к богатству, честям и знатности», - утверждал Иван Иванович. Согласно его логике, он всегда получал удовольствие от всего, что делал, и за что же тут «титуловать»?!

Все же в 1757 году Иван Иванович получил чин генерал-поручика, а через три года - генерал-адъютанта, после чего стал членом Конференции. Но если вспоминать регалии Бирона или Меншикова, Шувалов на фоне этих персон выглядит неприметно. Разумеется, фаворит императрицы не бедствовал: жил во дворце на полном казенном довольствии, имел и собственные хоромы на Невском проспекте. Однако во всем Шувалов знал меру. До конца жизни он оставался честным, бескорыстным, незапятнанным человеком. Рассказывали, что после смерти Елизаветы он передал ее преемнику Петру III один миллион рублей - прощальный подарок государыни. Шувалов не стремился, как многие временщики, поддерживать свое могущество титулами и орденами. Это был человек совсем иного рода: тонкий ценитель искусства, искренне преданный культуре и просвещению.

Главная заслуга состояла в его активном покровительстве науке и искусству. Он помогал Александру Сумарокову, поддерживал Михаила Ломоносова, старался примирить его в частых ссорах с академиками пронемецкой ориентации. Вместе с Ломоносовым составил проект создания Московского университета. Долго уговаривал Иван Иванович Елизавету Петровну подписать указ об основании в Москве университета. Наконец императрица поставила подпись на гербовую бумагу. Аккурат в день именин матери фаворита Татьяны - 12 января 1755 года.

Роль Шувалова как первого куратора, способствовавшего становлению университета - огромна. Подбор профессуры и студентов, условия учебы и жизни, программы образования, гимназия, бюджет, правовой статус университета - вот только краткий перечень дел, которыми занимался Шувалов. В основе библиотеки МГУ (и Академии художеств в Санкт-Петербурге) лежат книги Ивана Ивановича. Куратор добился для университета статуса автономного от местных властей учреждения, защищенного рядом привилегий. «Ради успешного распространения знаний» была организована университетская типография, в которой кроме книг печатались им же учрежденные «Московские ведомости».

В 1757 году благодаря стараниям фаворита в Санкт-Петербурге открылась Академия художеств. Он тщательно подбирал за границей преподавателей, скупал для занятий произведения искусства, книги, гравюры. Шувалов подарил Академии колоссальную коллекцию картин, ставшую позже основой собрания Эрмитажа. Особенно он заботился о воспитанниках Академии. Шувалов интуитивно чувствовал талант. За одного только Федота Шубина - низкий ему поклон. В дворцовом истопнике, вырезавшем из кости безделушки, меценат разглядел одного из выдающихся скульпторов России и дал ему образование. И не одному Шубину! В меценатстве Шувалова была ясная, четкая направленность: развить в России науки и искусства и доказать миру, что русские люди, как и другие, могут достичь успехов во всем - необходимо лишь создать им условия.

В доме Шувалова собирались не обязательно талантливые люди, но и просто одаренные, склонные к наукам сограждане. Приезжали обычные чиновники, которые привозили своих сыновей учиться. Денег у них не было, и сыновья оставались на содержании Ивана Ивановича. Он постоянно работал, решал чужие проблемы. Основал несколько школ в губернских городах, таким образом, став основоположником преемственной ступенчатой системы, характерной для российского образования. Благодаря Шувалову при дворе начали показывать русские спектакли. Он поощрял деятельность Федора Волкова и сам работал с актерами по системе великого английского актера Гаррика. Так в Санкт-Петербурге в 1756 году появился первый государственный театр.

Иван Иванович являлся не только покровителем литературы и искусства. У него были четкие политические идеи, которые, к сожалению, еще недостаточно изучены. Он оставил проект общественно-политических реформ. Шувалов предлагал составить новое Уложение; увеличить число сенаторов и улучшить их деятельность созданием отдельной сенатской конторы в Москве; упорядочить бюрократический аппарат и ввести соответственные зарплаты; в армии и высших эшелонах государственного аппарата отдавать приоритет русским; отменить телесные наказания дворян и ограничить срок их службы; определить юридический статус купечества и крестьянства.

Помимо этого Иван Иванович ратовал за распространение общей системы образования; улучшение речных путей сообщения; создание сиротских домов и опекунских советов. Почти все эти меры в прямой или косвенной форме были реализованы при Екатерине II и Павле I, кроме одной - введения «фундаментальных законов», практически ограничивающих самодержавие. Смелый фаворит не побоялся представить план «фундаментальных законов» Елизавете, несмотря на то, что характер стареющей императрицы становился невыносим. Шувалов терпел все, он полюбил стареющую властительницу. 25 декабря 1761 года императрица скончалась на его руках. Всесилие Шувалова закончилось.


Другая жизнь

После дворцового переворота 1762 года Иван Шувалов, не раздумывая, присягнул Екатерине II. Та относилась к нему благосклонно, но положение бывшего фаворита не было столь прочным как раньше. В апреле 1763 года он уехал за границу. Поговаривали, что из-за дочери Лизы, которую в свое время ему родила Мария Нарышкина, хотел уберечь девочку от пересудов. 14 лет Шувалов жил в Европе: в Вене, Париже, Риме. Он поражал европейцев утонченным воспитанием и образованностью. Когда Шувалов приехал во Францию, то его фактически сразу пригласили в так называемую Сиреневую Лигу - круг приближенных Марии Антуанетты (там вершилась французская политика). До сего случая в Сиреневую Лигу иностранцев не принимали. Узнав об этом, Екатерина II была потрясена. Со временем она решил использовать авторитет Шувалова в европейских кругах. Российское правительство обратилось с просьбой о помощи к Ивану Ивановичу, когда Алексей Орлов готовил экспедицию в Эгейское море в 1769 году. Связи Шувалова с местными дворами и иностранными министрами позволили обеспечить Орлову благополучное пребывание и нужное снабжение перед решающим походом.

Через год Екатерина поручила Шувалову более сложную задачу. Императрица надеялась, что благодаря своим связям в Римской курии Иван Иванович сможет повлиять на папу Климента XIV и добиться отстранения недоброжелательного по отношению к России нунция Дурини в Варшаве. Возложенную на него миссию Шувалов выполнил блестяще: папа не только удалил из Польши Дурини, но на его место назначил новым нунцием кандидата, предложенного Иваном Ивановичем. Благодарная императрица в 1773 году возвели Шувалова в чин действительного тайного советника. Через три года Иван Иванович вернулся в Санкт-Петербург.

Екатерина назначила ему ежегодную пенсию в 10 000 рублей и в следующем году сделала его обер-камергером. Возвращение Шувалова на родину было восторженно встречено общественностью. Иван Иванович, как и прежде, открыл литературный салон (первый в России он организовал, когда еще был в фаворе). У него часто бывали княгиня Екатерина Дашкова, Денис Фонвизин, Иван Дмитриев, Михаил Херасков, Гавриил Державин. Вместе с Дашковой он занимался изданием «Собеседника Любителей Российского Слова».

В первый же месяц после своего возвращения в Петербург Шувалов вместе со своим племянником Голицыным отправился в Петергоф, чтобы посмотреть на картины, сваленные в один из подвалов еще при Петре III и провалявшиеся там 14 лет (все время, которое Шувалов отсутствовал). С тоской извлекал Иван Иванович из-под сгнивших седел и позеленелых подсвечников творения Рембрандта, Дюрера, Тинторетто! Он тут же повез драгоценные полотна реставратору Фанцельдту.

Такая же плачевная картина ожидала его в Академии художеств. Молодые художники Иванов, Дрождин, Акимов, Соколов, Гордеев вели жалкое существование полунищих, хотя работали не менее напряженно и даже приобретали известность за границей. В жутком состоянии нашел Шувалов и скульптора Федота Шубина: его мастерская представляла собой полутемный склеп, в котором замерзала глина и от холода не сгибались пальцы. Не было денег, чтобы купить дров. И Шувалов-меценат снова принялся за дело: давал необходимые суммы, хвалил и ни во что не вмешивался. В меру сил своих прикрывал от монаршего недовольства. Михаила Хераскова вернул из отставки куратором в Московский университет, добился у Екатерины прощения Якова Княжнина, следил за финансированием проектов Василия Баженова. А к опальному Николаю Новикову ездил не только сам, но и возил великого князя Павла Петровича (в свое время Шувалов много времени уделял маленькому отпрыску Екатерины, которого Елизавета забрала у матери, и поэтому пользовался у того большим расположением). Иван Иванович подсказал Новикову удачный ход - совмещать издательскую деятельность с филантропической (содержать больницу и училище для сирот).

Первый взнос на благотворительное заведение сделал сам Шувалов (чтобы недовольство Екатерины переключить на себя). Цесаревич Павел соответственно его поддержал. Поэтому о пожертвовании Ивана Ивановича узнали другие, что стало исключением из правил. Большинство благотворительных взносов, выплат стипендий Шуваловым делалось тайно, с максимальной деликатностью. Несмотря на его скромность, слава умнейшего, образованнейшего и благородного человека сопутствовала ему еще при жизни. Не покинула она Ивана Ивановича Шувалова и после его смерти в 1797 году.


Анна Петросова

Источник: https://vpk-news.ru/articles/45015
Поделиться в соцсетях
Оценить
Комментарии для сайта Cackle

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

ЧИТАТЬ ЕЩЕ

Последние комментарии
Загрузка...
Популярные статьи
Наши друзья
Наверх