Плеть как профилактика протеста. Иранскую певицу приговорили к 74 ударам за выступление без хиджаба

Иранская певица Парасту Ахмади и восемь членов его продюсерской команды, включая музыкантов, были приговорены уголовным судом провинции Кум к 74 ударам плетью за выступление на концерте, транслировавшемся в прямом эфире на YouTube-канале Ахмади в 2024 году. При этом 29-летняя певица исполняла песню «Az Khoone Javanane Vatan» («Из крови молодежи Родины»). Поводом стало исполнение песни с непокрытой головой, без хиджаба.

Несмотря на то, что прямая трансляция песни прошла еще в декабре 2024 года, а видеоролик собрал миллионы просмотров на YouTube, именно это и послужило основанием для задержания Ахмади и нескольких музыкантов полицией. Суд признал артистов виновными в «оскорблении общественной морали» через публикацию «вульгарного и аморального контента». Уголовный суд провинции Кум также приговорил артистов к двухлетнему запрету на выезд из страны и двухлетнему запрету на участие в художественной деятельности.

Решение суда у правозащитников вызвало возмущение, поскольку, по их словам, даже по иранским законам выступающие ничего не нарушили. Об этом заявляет Моэйн Хазаэли, юрист по правам человека из центра юридической помощи иранским активистам «Дадбан». По его словам приговор не имеет под собой правовой основы.

«Пение, исполнение музыки, а также создание или распространение музыкальных произведений женщинами не являются уголовно наказуемыми действиями в соответствии с иранским уголовным законодательством. Следовательно, такие действия нельзя толковать как «создание, распространение или публикация непристойного контента», – сказал он.

Впрочем, особенность иранского правоприменения такова, что запретов в стране действительно много, однако применяются они довольно выборочно.

Иранская актриса Сетарех Малеки, которая была вынуждена эмигрировать после съемок в номинированном на «Оскар» фильме Мохаммеда Расулофа «Семя священной фиги», сказала, что выступление певицы Парасту Ахмади оказало на нее сильное эмоциональное воздействие.

«Когда я посмотрела видео с концерта Парасту Ахмади, оно вновь разожгло во мне дух сопротивления. Несколько дней я пересматривала видео снова и снова, и я испытывала огромную гордость за Парасту», – заявила актриса.

Поддержка из-за рубежа не прошла даром. Власти обратили на видео особое внимание.

Показательно, что отношения к хиджабу за последние сто лет менялось на 180 градусов. Еще в 1936 году шах Реза Пехлеви запретил хиджаб и чадру, пытаясь вестернизировать страну. Это привело к напряженности и даже к тому, что полиция срывала платки с женщин. После исламской революции в 1979 году ситуация кардинально изменилась. В 1983 году хиджаб стал обязательным, а уже в 1984 году были введены наказания, включая те самые до 75 ударов плетью для женщин, нарушивших закон. В 1996 году телесные наказания формально заменили тюремным заключением, но они остались в арсенале судей как возможная мера и применялась опять-таки очень выборочно. А в последние годы иранские власти вообще заметно реже прибегали к жесткому применению норм об обязательном ношении хиджаба в публичном пространстве. Современный Тегеран у неподготовленного гостя из-за рубежа традиционно вызывал ощущение, что все клише о суровой теократии — лишь западная пропаганда. Это создало ощущение ослабления контроля: в крупных городах, тем более в столице, женщины без платка перестали быть редкостью, а подобные случаи далеко не всегда становились поводом для вмешательства со стороны полиции нравов или консервативно настроенной части общества.

Очевидно, что в случае с Ахмади раздражающим фактором для властей стало не отсутствие хиджаба, но сам репертуар. Ахмади исполнила песню «Из крови молодежи Родины», которая после протестов 2022 года приобрела дополнительное политическое звучание и стала ассоциироваться с памятью о погибших участниках протестного движения. На фоне продолжающегося противостояния с США и Израилем Тегеран особенно внимательно относится к любым жестам, которые могут быть восприняты как символическое неповиновение внутри страны. То, что еще недавно могло остаться без серьезных последствий, сегодня в условиях войны власть воспринимает как потенциальный сигнал к протесту.

При этом светские настроения в иранском обществе остаются достаточно сильными, особенно в крупных городах и среди молодежи. Поэтому приговор бить плетью за платок может вызвать неоднозначную реакцию даже у части тех, кто на фоне конфронтации с США и Израилем был склонен сплачиваться вокруг государства. Для таких людей поддержка страны в условиях войны не значит, что надо и аплодировать средневековым наказаниям. Впрочем, перегибать палку – это не только иранский вид спорта.

Максим Исаев