Главная » Поэзия

Нет больше фресок, стерты Лица

Потомкам это – стыд и срам

Первопрестольная столица

«Се Мне отмщенье, аз воздам»

Опять полуправда, опять полуложь

Народ православный, когда ж ты поймешь?

Тебя убивают, измену творя

Ты в жертву не веришь святого Царя

По земным лабиринтам бродили,

Небеса берегли в закромах...

Мы сверх-лёгкие крылья России

Собирали в своих гаражах.

Мне не нужен мир, где гибнут птицы,
Чтоб 5G освоил озорник,
Мир, в котором не шуршат страницы
Мудрых, добрых, настоящих книг.

На река́х Вавилонских… Известны печальные строки,
Но касались, как видим, и там покаянных глубин.
На советских реках говорить запрещалось о Боге:
Плен советский безбожный страшней вавилонских чужбин.

Взвыла собака затемно,

Зарычал грузовик,

Маузер

В доме

Ипатьева

С визга

Сорвался

В крик.

Россия, ты делом и словом
Пред Богом честна и чиста.
И платьев красивых и новых
Не смеешь носить неспроста.

А в русском сердце – ангельское пенье,
Хоть столько зла унылого окрест!
Грядущий Царь уже несёт свой крест
И знает о своём предназначенье.

Выходи со мной на воздух,

За сугробы у ворот.

В золотых дрожащих звездах

Темно-синий небосвод.

Как стала жизнь сложна:
Нет центра, нет оси;
А были времена
Иные на Руси.

Я повешу пустые овалы

(Это Лики последних Царей)

И кровавое фото «подвала»

Где глумилось «близ есть у дверей»

Встреча в Хельсинки с поэтом Иваном Савиным, у которого революция отняла двух братьев, двух сестер и любимую.

На поезд глобализма люди сели.

До отправленья в ад остался час.

Но там, как на «Титанике» веселье,

А под запретом – лишь набатный ГЛАС.

Покидают родимые дали,

Уезжают навстречу мечте…

Почему предпочтенье отдали

Городской, огневой суете?

Ты яви нам кротость свою

Ты возьми свой двуострый меч

Царь Святой, я Тебя молю

Грозный Царь, подними на сечь

Лег над пропастью русский путь.

И срывается в бездну даль.

Русский русского не забудь.

Русский русского не предай.

Он простоял весь день с табличкой,
Седой задумчивый старик.
И, опоздав на электричку,
К седому дереву приник.

Скучают гусли одиноко на земле –
На все молчание накинуло хомут.
Сегодня юноши в расцвете лучших лет
Как старики – душой и телом не поют.

Слиться бы лицами с улицей в принципе,
Жить бы с ней ровней, ино,-
Но бунтарю вечерами янтарными
Жить так навряд ли дано…

“От Ипатьевского до Ипатьевского…” –
Промелькнуло в его голове.
От шагов он невольно попятился.
“Так нельзя. Я совсем оробел”.