Бывают дни... Но нет названья
Минутам тяжести земной,
Когда ничтожны притязанья
Перед безмерной пустотой;
Эти бедные селенья,
Эта скудная природа —
Край родной долготерпенья,
Край ты русского народа!
Синодом рушили монархию
«Измена трусость и обман»,
А ныне движет олигархия
В Патриархию Ватикан.
Делать нечего - юность далеко;
И все меньше сверкает искра?..
Грустно стало: в душе - одиноко,
Жизнь - мгновение, очень быстра.
Мы – волчья порода,
мы – дикая русская стая,
потомки народа,
где Русь не исчезнет святая.
Привычен строй богослужения
И несказанная краса,
И есть в молитвах те мгновения,
Когда в нас входят небеса.
Как тошно в это время жить
Нам с темпераментом гусарским –
Уж нам в атаки не ходить,
Не умереть под стягом Царским!
Плохо спится палачам по ночам,
Вот и ходят в гости палачи к палачам,
И радушно, не жалея харчей,
Угощают палачи палачей.
Сердце моё заштопано,
В серой пыли виски,
Но я выбираю Свободу,
И - свистите во все свистки!
Причуды общества бывают неожиданны!
Иной раз тянет на проклятые бунты!..
В умах и шарики, и ролики раскиданы!
Из нор являются дичайшие кроты!..
Благодарю тебя, мой друг!
За круг спасательный в несчастьях,
За твой приют от зимних вьюг,
Поддержку в радости и счастье.
Вслед за виной идёт расплата,
За все деянья спросит жизнь.
Вы были русскими когда то,
Но от России отреклись.
От житейских забот ты устала,
Одиноко печалишься, Русь,
Охамев, помыкать тобой стала
Лицемерная, подлая гнусь.
Цареубийцы знают провидение –
«Четвёртый род» заканчивает срок.
Чтоб погасить мечту на возрождение,
«Матильдой» занавесили восток.
Я помню, любимая, помню
Сиянье твоих волос.
Не радостно и не легко мне
Покинуть тебя привелось.
Отговорила роща золотая
Березовым, веселым языком,
И журавли, печально пролетая,
Уж не жалеют больше ни о ком.
Славная осень! Здоровый, ядреный
Воздух усталые силы бодрит;
Лед неокрепший на речке студеной
Словно как тающий сахар лежит;
Мы за веру умрем, господа,
Нам не жить без Спасителя мира.
Ради Господа – лучше беда,
Чем безбожная сладкая лира.
Да, я знаю, я вам не пара,
Я пришел из иной страны,
И мне нравится не гитара,
А дикарский напев зурны.