АРАБСКАЯ ВЕСНА. Валерий Шамбаров.

Опубликовано 11.03.2020
АРАБСКАЯ ВЕСНА. Валерий Шамбаров.

Весной 2009 г. в Белый дом впервые въехал темнокожий президент (простите, афроамериканец), Барак Обама. Для нашей страны он считался более предпочтительной фигурой, чем его конкурент, кандидат от республиканской партии Маккейн, открыто выступавший против России и призывавший занять в ее отношении жесткую позицию (поэтому Путин, обвинив США в нападении Саакашвили на Южную Осетию, дипломатично квалифицировал это как происки «республиканцев»). Впрочем, как на самом деле повел бы себя тот или иной кандидат в президентском кресле, неизвестно. При американской системе личные взгляды главы государства играют весьма ограниченную роль, а предвыборные речи имеют мало отношения к реальности. Но в любом случае новый лидер США был свободен от политики и заявлений Буша в адрес России, и «новая метла» попробовала «мести по-новому».

По информации «Нью-Йорк Таймс», Обама в начале марта вроде бы направил Медведеву некое «секретное» письмо с предложениями «размена», допускающими отказ США от развертывания системы ПРО в Европе ценой каких-то шагов со стороны России. На попытки журналистов что-либо выведать у Медведева тот ответил уклончиво, что путем «разменов» «вопрос не ставится, это не продуктивно». Примерно так же ответил Обама. А «Файнэншл Таймс» по каким-то своим данным приводила перечень уступок, якобы предлагавшихся России, и указывала, что главной целью являлось прощупывание не Медведева, а Путина: «Мир желает знать, желает ли Владимир Путин оставаться в роли непредсказуемой и иррациональной фигуры, или же он — взрослый человек, который подлинно стремится решить большие проблемы мира» [92].

Архивы данного времени еще не рассекречены, документы исследователям недоступны. Но выглядит логично. В руководстве США уже должны были понять, «кто главнее» в Кремле, и насчет Путина очень хотелось бы выведать, не согласится ли он на каких-то условиях вернуться на роль прозападного «ученика». Смягчение политики явно обозначилось и в НАТО — тогда же, в марте 2009 г., Североатлантический Альянс возобновил прерванное сотрудничество с Россией в рамках программы «Партнерство во имя мира». В июле помощник госсекретаря США по делам Европы и Евразии Филипп Гордон даже заявил, что в Вашингтоне готовы рассмотреть вопрос о присоединении России к НАТО. Не сразу, разумеется, а если Россия начнет соответствующую «подготовку». Медведев тоже сделал заявление, что вступление нашей страны в НАТО «пока невозможно», но нормализовать отношения и партнерские связи не отказывался.

В июле 2009 г. и Обама посетил Россию. Причем накануне визита оба президента сделали характерные заявления. Медведев посетовал, что отношения между нашими странами «деградировали». А Обама в интервью журналистам упомянул, что отдельно хочет встретиться с Путиным. Отметил, что отношения времен «холодной войны» устарели, надо идти вперед другим путем, «Медведев понимает это», а Путин «одной ногой опирается на старые методы ведения дел, а другой — на новые». Что это было? Попытка вбить клинышек между президентом и премьер-министром? Однако Путин отреагировал в характерной для него манере. На вопрос журналистов ответил, что этого высказывания Обамы не видел, но «мы „враскорячку“ не умеем стоять. Мы твердо стоим на ногах и всегда смотрим в будущее».

Хотя во время визита никаких трений не возникло. Президент США встречался и с Медведевым, и с Путиным. Подписали ряд соглашений — в том числе о транзите через нашу страну американских военных и грузов в Афганистан (мы уже упоминали, что переговоры по данному вопросу велись давно, и операции НАТО в Афганистане Москва считала выгодными для России). Но речь шла только о транзите, без всякого предоставления США баз на нашей территории. Были начаты предварительные переговоры о сокращении стратегических наступательных вооружений. Впоследствии они продолжились, и в апреле 2010 г. Медведев и Обама подписали в Праге договор СНВ-III сроком на 10 лет. Он предусматривал сокращение ядерных зарядов до 1550, а средств их доставки — межконтинентальных баллистических ракет, баллистических ракет подводных лодок и стратегических бомбардировщиков — до 700 с каждой стороны. О транзите военнослужащих и грузов через Россию в Афганистан было заключено соглашение не только с США, но и с Германией.

Однако при всем при этом нового поворота нашей страны на Запад не произошло. Россия интенсивно развивала отношения и с другими партнерами. В июне 2009 г. Медведев подписал крупнейшее в истории соглашение с Китаем о сотрудничестве в энергетике, примерно на сумму 100 млрд долларов. Для преодоления кризиса оно стало очень важным. В ноябре того же года Россия, Белоруссия и Казахстан заключили Таможенный союз, три государства становились единым таможенным пространством.

А Украину «Оранжевая революция» завела в полный тупик. В Верховной Раде шли непрерывные склоки, она не могла обеспечить ни одного решения, ни одного закона. Но на пост президента на очередных выборах был избран Янукович — которого так дружно не допустила к власти оппозиция. Однако результаты «революции» оказались для населения настолько плачевными, что для Януковича они стали лучшей агитацией.

Новый президент заморозил сближение с НАТО и Евросоюзом. Распустил межведомственную комиссию и национальный центр по подготовке к вступлению Украины в НАТО. Объявил, что сотрудничество с Североатлантическим Альянсом сохранится, но на том уровне, который был достигнут при Ющенко. А порушенные связи с Россией Янукович взялся реанимировать. С Медведевым он подписал Харьковские соглашения, продлившие базирование в Севастополе Черноморского флота (по прежнему договору срок истекал в 2017 г.). Взамен Россия снижала цены на газ для Украины на 30 %, но не более чем на 100 долларов за тысячу кубометров. Любопытно, что Харьковские соглашения включали и совместное строительство моста через Керченский пролив…

Но и «потепление» в отношениях нашей страны с США и НАТО оказалось обманчивым. Запад снова проявил себя в «цветных революциях». Молдавия была самой нищей из бывших советских республик. Никаких природных ресурсов она не имела, а ее фрукты и вина никому больше не требовались. Значительная часть жителей разъезжалась на заработки в другие страны. И если изначально в Молдавии махрово расцвел национализм, а ее лидер Мирча Снегур держал чисто западный курс, то очень быстро у народа пришло отрезвление. Председателем парламента, а потом и президентом выбрали Петра Лучинского, бывшего первого секретаря ЦК компартии Молдавии. Но и он оказался приспособленцем и «перестроечником», продолжил политику предшественника.

В таких условиях народ стал обращаться к коммунистам (которые от Лучинского отреклись). Они завоевали большинство мест в парламенте, президентом с 2001 г. стал их лидер Владимир Воронин. Курс сменился на сближение с Россией. Это помогало хотя бы сгладить экономические проблемы, как-то поднять уровень жизни. Причем ряд начинаний Воронина оппозиция так и не позволила провести в жизнь — объединение с Приднестровьем на принципах федерации, введение в молдавских школах уроков русского языка. Ему заблокировали даже попытку ввести в школах учебник по истории Молдавии вместо «Истории румын», утвержденной при Снегуре. Как вскоре выяснилось, именно образование играло ключевую роль. Новое поколение, уже не помнившее советских межнациональных отношений, воспитывали в «нужном» русле.

5 апреля 2009 г. прошли очередные выборы в парламент. Коммунисты уверенно лидировали, были объявлены предварительные итоги, где они набрали около 50% голосов. Но сразу же начались акции оппозиции, поднявшей шум о «фальсификациях». 7 апреля они переросли в массовые беспорядки. Как и в других «цветных революциях», ударной силой стала молодежь, на улицы выплеснулись студенты и старшеклассники. Произошли столкновения с полицией, но она вела себя очень пассивно. Характерно сравнение — было ранено 50 манифестантов и 270 полицейских (их закидывали осколками кирпичей). Около 300 хулиганов задержали, но это никакого результата не дало.

Толпы митингующих захватили и погромили здание парламента, причем над входом вывесили румынский флаг, а на крыше — флаг Евросоюза. Захватили и здание президентского дворца. Выносили мебель, разводили из нее костры. Жгли и раскидывали кипы документов из взломанных шкафов. Власти силились предпринять хоть какие-то меры, отключили мобильную связь, заблокировали информационные сайты в интернете. Воронин обвинил во всем Румынию, ее посла объявили персоной нон грата, перекрыли границу с этой страной. Но в целом правительство проявило полную беспомощность. Погромщиков никто не разгонял. Ночью от своих костров они учинили пожар в здании парламента и стали сами расходиться. Но и 8 апреля возобновили манифестации, требовали освободить задержанных, иначе угрожали аналогичным образом погромить здание правительства.

Эти события назвали «Революцией Твиттера» (молодежь использовала сеть «Твиттер» для оповещения), «Кирпичной революцией» (из-за «оружия» манифестантов) или «Сиреневой революцией» — в Молдавии в эту пору цвела сирень. К перевороту беспорядки не привели, но президент и правительство вступили в переговоры с оппозицией и по ее требованиям назначили пересчет голосов. Победили все равно коммунисты, но голосов им насчитали немножко меньше, чем раньше. Однако в Молдавии, по ее конституции, президента избирает парламент. Для этого необходимо три пятых голосов (61 из 101) депутатов. А у коммунистов теперь оказалось 60. Больше провести своего кандидата они не смогли. Покатились дрязги новых выборов, перевыборов, а оппозиция объединилась в альянс «За европейскую интеграцию» и победила. Соответственно и пророссийский курс Молдавии опять сменился на западный.

Ровно через год после Молдавии, в апреле 2010 г., произошел рецидив «тюльпановой революции» в Киргизии. Здесь предпосылок было множество. Лидеры прошлого переворота возбудили народ надеждами на улучшение жизни, но на самом деле не дали ему ничего — только к власти и «кормушкам» вместо одной группировки дорвалась другая. Эти лидеры, президент Бакиев и Отунбаева, поссорились между собой, бывшая помощница президента перешла в оппозицию. Но у Бакиева возникли трения и с США. Копились претензии к их военной базе «Манас». Дошло до вопиющего случая: когда американский военный застрелил русского гражданина Киргизии Александра Иванова, убийство осталось безнаказанным. Возникло общественное движение, требующее закрытия базы.

Россия поддержала подобные настроения. Когда Бакиев в 2009 г. приехал с визитом в Москву, ему намекнули на желательность такого решения, а за согласие дали кредит в 1,7 млрд долларов. По возвращении домой он объявил о закрытии базы, договоренности с США были денонсированы. Но и обещание Медведеву и Путину Бакиев не выполнил. Американцы провели с ним новые переговоры и сошлись, что база будет «перепрофилирована» — точнее, просто переименована в Центр транзитных перевозок, за который США будет платить 60 млн долларов в год.

Но в апреле 2010 г. правительство Киргизии резко, почти вдвое, подняло цены на коммунальные услуги, электро- и газоснабжение, отопление, мобильную связь. Оппозиция воспользовалась, в нескольких городах забурлили волнения. В столице, Бишкеке, они приняли массовый характер. Нескольких активистов арестовали, но силы правопорядка оказались настолько слабыми, что манифестанты разогнали киргизский спецназ и отняли у него оружие. На центральной площади они штурмовали здание правительства, милиция и войска открыли огонь, но и демонстранты ответили пулями. На следующий день попытки захватить дом правительства продолжились, снова сопровождались перестрелками.

Восставшие захватили и разорили здание парламента, подожгли генпрокуратуру, ворвались в телецентр, начали прямым эфиром поднимать народ. Правительство ушло в отставку, президент Бакиев бежал. А оппозиция составила «временное правительство народного доверия», его возглавила Роза Отунбаева. Завершилось это, как и раньше бывало в Киргизии, ночным разгулом мародерства, грабежами магазинов. Были и нападения на дома русских, пострадало 15 человек, 1 скончался. Но милиция и войска сразу перешли на сторону «временного правительства», стали усмирять грабителей. Всего в ходе беспорядков погибло 104 человека (по официальным данным). Число раненых неизвестно (ходила цифра в полторы тысячи). Завершилась революция референдумом, Киргизия преобразовалась в парламентскую республику, Отунбаева стала президентом.

Это была единственная революция в бывших советских республиках, к которой в Москве отнеслись спокойно (Медведев только послал две роты десантников для охраны нашей авиабазы Кант и семей военнослужащих). Бакиев проявил себя слишком нечестным партнером, его обманы не забыли. Путин квалифицировал, что случившееся — «внутреннее дело самой Киргизии», и пояснил, что «прежнее руководство страны все разворовало». Но говорил и о «наших особых отношениях с киргизским народом». Отунбаеву поддержали, послали в Бишкек гуманитарную помощь, выделили грант в 20 млн долларов и льготный кредит на 30 млн для восстановления после потрясений.

Америка в данное время завершала операции в Ираке. Мандат ООН истек в конце 2008 г. Разумеется, при необходимости США нашли бы способ его обойти или продлить. Но война стала тупиковой. Местные жители ненавидели интервентов. Не прекращались нападения, теракты. Американцы и их союзники потеряли около 5 тыс. убитыми, более 45 тыс. ранеными. Кроме того, погибло более 1,5 тыс. «контрактников» из частных военных компаний США. Буш в конце своего президентства предпочел сделать хорошую мину при плохой игре. Объявил, что миссию выполнили, «свободу» Ираку дали, и начал вывод войск. Обама продолжил. К августу 2010 г. по его приказу Ирак покинули основные силы американцев, 200 тыс. солдат. Оставшиеся 50 тыс. были выведены в 2011 г.

Но уходили они совсем не из «умиротворенной» страны. Нет, умиротворенной ее держал убитый Саддам Хусейн. А теперь Ирак прекратился в разворошенный муравейник, где враждовали и дрались между собой сунниты и шииты, иракцы и курды, группировки различных партий, плодились экстремистские организации. Самой мощной из них стало пресловутое ИГИЛ — «Исламское государство Ирака и Леванта». Объединив силы с «Аль-Каидой», оно стало разворачивать международную террористическую войну.

Впрочем, и для американцев прекращение операций в Ираке вовсе не означало окончания «глобальной войны», начатой Бушем. Потому что часть выводимых сил уже предполагалось использовать в других местах. Мы уже отмечали, что под предлогом «борьбы с терроризмом» в рамках операции «Несокрушимая свобода» американские советники, инструкторы, миссии спецслужб были направлены в целый ряд африканских стран: Судан, Сомали, Йемен, Кению, Мавританию, Алжир, Чад, Марокко, Нигер, Мали, Сенегал.

А Ливия давно раздражала Вашингтон. Здешний лидер Муаммар Каддафи вел независимую политику, даже после падения СССР продолжал строительство социализма. Половина доходов от добычи нефти шла населению. В стране был очень высокий уровень жизни (средняя зарплата более 1000 долларов), бесплатные здравоохранение и образования, всеобщая грамотность. А внутренние враги и смутьяны жестко подавлялись, сидели по тюрьмам. Но Запад объявлял Ливию якобы очагом терроризма, вводил и ужесточал санкции, подпитывал любую оппозицию — и либеральную, и исламскую.

Несколько раз США и их союзники устраивали бомбежки ливийских городов — под предлогом наказания за теракты, которые огульно приписывались ливийскому руководству. Каддафи обвиняли и в попытках создать ядерное оружие. В докладе Госдепартамента США «Черты международного терроризма» Ливию включили в «черный список» государств, «поддерживающих терроризм». Невзирая на то, что Каддафи (как и Саддам Хусейн) круто боролся с радикальными исламистскими группировками.

Но в 2003 г. Каддафи публично отказался от ядерных разработок, допустил в свою страну иностранных наблюдателей. В 2004 г. Америка и державы Евросоюза сняли санкции. Началось сотрудничество, строительство газопровода в Италию. В 2005–2006 гг. разразился «карикатурный скандал» — датская газета «Джилландерс Постен» опубликовала 12 карикатур на мусульманского пророка Мухаммеда, и некоторые европейские издания перепечатали их. Во всем исламском мире это вызвало взрыв негодования. В Ливии тоже были крупные беспорядки, толпы людей пытались погромить консульство Италии в Бенгази. Но полиция защитила его, не остановилась перед стрельбой, 11 человек было убито. В 2009 г. Каддафи избрали председателем Африканского союза. И американцы вроде бы сменили «гнев на милость». Исключили Ливию из «черного списка», объявили, что к международному терроризму она не имеет отношения. Туда поехали зарубежные делегации, специалисты, «гуманитарные» миссии…

Но в конце 2010 — начале 2011 гг. вся северная часть Африки и сопредельные с ней страны Ближнего Востока вдруг взорвались цепной реакцией «Арабской весны». И характерно, что главными эпицентрами становились как раз те государства, которые сотрудничали с Западом, куда внедрились иностранные «специалисты». В Судане шла гражданская война, и США как будто помогали правительству. Но «советники» навязали президенту Хасану Ахмеду аль-Баширу «политическое решение», он согласился в январе 2011 г. провести референдум под эгидой ООН. Туда понаехала масса наблюдателей от США во главе с бывшим президентом Джимми Картером, от Евросоюза. В результате Южный Судан проголосовал за независимость и отделился точно так же, как Косово. И его мгновенно признали все западные державы, приняли с ООН.

В Тунисе некий Мухаммед Буазизи в декабре 2010 г. совершил публичное самосожжение, начались массовые акции протеста против коррупции, оппозиция связывалась между собой и оповещала людей через сеть «Фейсбук», полицию закидывали бутылками с горючей смесью. Громили государственные учреждения, полицейские участки. 14 января президент Туниса бежал, произошел государственный переворот.

В Египте тоже нашлась жертва, студент сжег себя перед зданием парламента. Средством оповещения здесь служил «Твиттер», оппозиция объединилась в Народный фронт. Забушевали массовые протесты, погромы. США приняли в этом самое прямое участие. В средства массовой информации просочились данные, что они в январе 2011 г. перевели египетским «неправительственным организациям» 150 млн долларов. 26 января, когда разгорелись беспорядки, Госдепартамент призвал власти Египта «мирно обращаться с демонстрантами». А 2 февраля Обама призвал президента Хосни Мубарака, бессменно правившего уже 30 лет, «незамедлительно приступить к процедуре передачи власти». Каир был фактически захвачен манифестантами, 11 февраля Мубарак ушел в отставку. Причем на выборах победили радикальные исламисты, партия «Братья-мусульмане», которая вскоре будет признана террористической организацией!

В Мавритании была попытка создать аналогичный повод к общим выступлениям: некий мужчина поджег себя в автомобиле у здания сената, но полиция быстро потушила пожар, человека спасли, и большие волнения не состоялись. В Марокко самосожжение произошло 20 февраля, оппозиция использовала «Фейсбук», начались массовые демонстрации. Результат — король Мухаммед VI отправил в отставку правительство и пообещал провести кардинальную конституционную реформу.

В Сирии антиправительственные силы организовывались через «Фейсбук», подняли массовые протесты 4 февраля. Президент Башар Асад пробовал идти на уступки, отменил чрезвычайное положение, действовавшее уже 48 лет после войны с Израилем. Но куда там! Оппозиция заявила, что эти меры запоздали, бросила агрессивные толпы на штурм правительственных зданий. Тогда власть круто подавила мятежников силой, 72 человека было убито. Но после этого, с марта 2011 г., в Сирии началась гражданская война.

Самосожжение случилось и в Саудовской Аравии, здесь тоже забурлило. Но король Абдалла ибн Абдель Азиз погасил выступления золотом. Бросил на это колоссальную сумму 35 млрд долларов, резко поднял зарплаты, стипендии, дотации на жилье, заодно помиловал многих заключенных, и волнения сошли на нет. То же самое было в Кувейте. Когда начались массовые акции протеста, богатое нефтяное государство «перекупило» манифестантов. Всем гражданам единовременно выплатили по 1000 динаров, отменили плату за электричество, воду, телефон, зарплаты и стипендии подняли вдвое.

В Бахрейне митингующие захватили главную площадь столицы, разбили палаточный городок. Полиция разогнала их, но при подавлении было убито несколько человек, протесты забушевали с новой силой. Но власти пригласили интервентов — солдат и полицейских из Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов. Подавили силой, восемь человек погибло, сотни были ранены. Восьмерых руководителей оппозиции осудили на пожизненное заключение. А беспорядки в Омане вообще удивили иностранных журналистов — его считали благополучным и стабильным государством. Но в результате султан уступил часть своих полномочий парламенту, началась разработка поправок к конституции.

Начались массовые демонстрации и в Иордании. Итог — король Абдалла II отправил в отставку правительство. То же самое случилось в Алжире, произошли столкновения с полицией. Президент и правительство удержались у власти, но удовлетворили требования манифестантов, отменили чрезвычайное положение, действовавшее с 1992 г., начали политические реформы. В Йемене демонстранты с требованием отставки президента захватили центральную часть столицы. Президент Али Абдалл Салех пробовал силой навести порядок, полиция разгоняла манифестантов, открывала огонь, были сотни жертв. Но акции протеста не прекращались. На президента давили и западные круги, и «международная общественность». Побрыкавшись, он все же ушел в отставку. Кроме того, беспорядки и манифестации происходили в Джибути, Западной Сахаре, Ливане, Сомали, Буркина-Фасо. В Мали фактически реализовался тот же сценарий, как в Судане — туареги на севере страны объявили об отделении.

В Ливии «революция» началась 15 февраля. Первым поводом стал арест одного из «правозащитников». Начались демонстрации за его освобождение, причем и здесь оппозиция использовала соцсети, в полицию летели бутылки с зажигательной смесью. Вторым поводом вспомнили о подавлении восстания в тюрьме «Абу-Салим» в 1996 г., там взбунтовались исламисты, и их сурово усмирили. По данным «правозащитников» (недоказанным), было убито 1200 человек. Но и во главе восстания стояли исламисты — та же партия «Братья мусульмане», как в Египте, подпольные структуры «Аль-Каиды», «Исламская группа ливийской борьбы».

17 февраля они вывели множество людей на улицы в пятую годовщину мятежа с «карикатурным скандалом», когда полиция стреляла в людей, защищая консульство Италии. И заполыхало по всей стране, оппозиция требовала отставки Каддафи. Хотя столица, Триполи, была на его стороне. Там происходили митинги в его поддержку. Но выяснилось, что в стране уже подготовлен заговор. На сторону мятежников перешло несколько воинских частей, был захвачен ряд городов, склады с оружием. Заполыхала гражданская война. Каддафи, без сомнения, справился бы. У него была авиация, бронетанковые части. Но началась и информационная война. Исламистские телекомпании «Аль-Джазира», «Аль-Арабия», британская «Би-Би-Си» (впоследствии округло признавшаяся, что пользовалась «неподтвержденными данными») начали вбросы о расстрелах мирных манифестантов, о бомбардировках гражданского населения.

Каддафи изменил ряд его послов за рубежом. Обратились в ООН с просьбой защитить народ от бомбежек. С такой же инициативой выступили Англия, Франция, подхватили США. В Совет безопасности ООН была внесена резолюция создать над Ливией «бесполетную зону» для защиты мирного населения. Каддафи пригрозил, что в случае военного вмешательства прекратит сотрудничество с Западом в нефтяной сфере. Но мятежники, создавшие свой «Национальный переходный совет», ответили обещанием, что… отдадут нефть иностранным союзникам. Да, кусок получался лакомым. 17 марта 2011 г. Совет безопасности ООН десятью голосами принял резолюцию. Позиция России оказалась двойственной. Она высказывалась резко против, но и свое право «вето» не использовала. Воздержалась (вместе с Китаем, Индией, Бразилией и Германией).

Флот НАТО уже заблаговременно находился у берегов Ливии, на базы в соседних государствах перебрасывались воинские силы. 19 марта над Ливией появились иностранные самолеты. Но резолюция ООН сразу была нарушена. Созданием «бесполетной зоны» и ее патрулированием американцы и их партнеры не ограничились. Их авиация и крылатые ракеты стали наносить удары по аэродромам Каддафи, громить системы ПВО, уничтожать колонны танков и БТР, позиции артиллерии. Начались бомбежки Триполи и других городов, сохранивших верность правительству. И о защите «гражданского населения» никакой речи не было. Только до конца мая от авианалетов погибло 718 и было ранено более 4000 мирных жителей (в их числе были убиты сын и трое внуков Каддафи — трехлетний, двухлетний и четырехмесячный). А силам оппозиции пошли скрытые поставки оружия, техники, боеприпасов. Это и определило исход войны. В августе революционеры овладели Триполи. В октябре, после взятия Сирта, мятежники захватили Каддафи раненым и зверски расправились с ним.

В НАТО операция была объявлена завершенной. Но ведь и здесь точно так же, как в Ираке, вмешательство западных держав никакого успокоения и стабильности не принесло! В Ливии продолжились гражданские войны между различными группировками оппозиции, она превратилась в гнойник экстремистских и террористических организаций… А в целом получалось, что США и их партнеры сеяли по всему миру дестабилизацию и хаос! Правда, они громко похвастались успехом: наконец-то нашли Усаму бен Ладена! Но обнаружили его не в Афганистане, не в Ираке, не в Ливии, а в Пакистане — союзном США. Он спокойно проживал рядом с военной академией. Крайне сомнительно, чтобы пакистанские спецслужбы, тесно связанные с ЦРУ, до сих пор не знали об этом. В результате проведенной спецоперации его не захватили, а прикончили. Очевидно, мог рассказать что-то «лишнее».

А реакция России на события в Ливии была, опять же, двойственной. 21 марта Путин в Воткинске на встрече с рабочими назвал резолюцию Совбеза ООН, давшей мандат на операцию НАТО, «неполноценной и ущербной», «это мне напоминает средневековый призыв к крестовому походу». Политику США по вмешательству в дела других стран он квалифицировал как устойчивую тенденцию, «в которой нет ни совести, ни логики». Напомнил о бомбежках Сербии, вторжении в Ирак. Медведев увильнул. Прокомментировал, что говорить про «крестовый поход нельзя», и он не считает резолюцию Совбеза ООН неправильной. Ссылался на «преступления против собственного народа» властей Ливии — а остальное называл печальными следствиями.

Кстати, и ведущие российские СМИ, не только либеральные, но и правительственные, в полной мере подхватили западные пропагандистские версии. Протоиерей Вячеслав Пушкарев из Иркутской епархии возмущался: «Два месяца тому назад Каддафи был надежным партнером России, теперь он стал „диктатором“ и „убийцей собственного народа“. Какая метаморфоза!... Наши телеканалы выбрали для себя линию подражания западным СМИ… бессовестным образом стали использовать методику „двойных стандартов“ в своей работе… Найдут ли наши СМИ, а особенно канал „Россия“ и „Первый канал“, в себе силы и решимость признаться в нечестности и попросить прощения у ливийского народа и его лидера? Сомневаюсь».

Но в дальнейшем позиция Москвы стала более определенной. Министр иностранных дел Лавров неоднократно указывал, что НАТО откровенно нарушило резолюцию Совбеза ООН, вмешательство приняло односторонний, чисто политический характер. Зазвучали и слова об агрессии — но неофициально, не из уст первых лиц государства. А по поводу всей «Арабской весны» Медведев высказался еще 22 февраля 2011 г., до войны в Ливии: «Такой сценарий они раньше готовили и для нас, а сейчас они тем более будут пытаться его осуществить…» Он был прав. Сценарий уже раскручивался…

Из новой книги Валерия Шамбарова «Россия и Запад – хроника неоконченной войны» («Современная история России»).

Литература.

92. Obama woos Putin // Financial Times. 7.03.2009.

Поделиться в соцсетях
Оценить
Комментарии для сайта Cackle

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

ЧИТАТЬ ЕЩЕ

Последние комментарии
Загрузка...
Популярные статьи
Наши друзья
Наверх