"ЕВРОМАЙДАН И РУССКАЯ ВЕСНА". Валерий Шамбаров

Опубликовано 24.05.2020
"ЕВРОМАЙДАН И РУССКАЯ ВЕСНА". Валерий Шамбаров

По мере того, как Россия проявляла свою независимую позицию, нежелание вписываться в чужую и чуждую ей систему глобализма, сбрасывались и фальшивые улыбки в ее адрес. А скрытая война против нее никогда и не прекращалась. Теперь она стала обостряться. На разных уровнях и разными методами — через СМИ, интернет, политическую оппозицию, через прозападное крыло олигархов, высокопоставленных чиновников, журналистов, деятелей культуры и «общественности», фактически прекратившихся в «добровольных», убежденных или стимулируемых теми или иными средствами агентов влияния.

Схемы ювенального законодательства, разрушающие семью, не получилось в полной мере провести через Думу. Но удалось в «завуалированной», в виде законов о «защите прав ребенка». Эти механизмы стали реализовываться на региональном и муниципальном уровнях, с крупными денежными вливаниями. Незаметно. Исподволь. Проплачивались местные чиновники, депутаты региональных законодательных собраний, сотрудники службы опеки, полиции. То в одном, то в другом месте пошло насильственное изъятие детей из семей, которые объявлялись «необеспеченными», «неблагополучными», где признавали якобы «ущемление прав» — сидеть бесконтрольно в интернете, развратничать, посещать школьные хэлоуины, дискотеки и прочие сомнительные мероприятия (или, допустим, соблюдение в семье православных постов).

Наркотики и проституцию в России, вроде бы, не легализовывали. Но повсюду на стенах появились надписи, нанесенные из пульверизаторов, о продаже «спайсов» с номерами телефонов. Неужели их не видит полиция? И неужели она не знает всех «профессионалок» на своих участках? Это тоже оказывается лишь вопросом проплаты. В 2013 г. Европейский Суд по правам человека вынес вердикт, что «свобода собраний» распространяется на гей-парады, и это «право человека» тоже необходимо соблюдать. И сколько же нашлось в России «защитников прав ЛГБТ»! Точнее, нашлось-то их совсем немного. Зато самые заметные, голосистые, наглые. Те же «правозащитники», журналисты, артисты, деятели «культуры» и «общественности».

И все же руководство страны не поддалось. Состоялось заседание Межрелигиозного совета России — Православная Церковь, мусульмане, буддисты, иудеи приняли общее заявление. Пропаганда гомосексуализма категорически осуждалась, предлагалось принять против нее законы на региональном, а еще лучше на федеральном уровне. Представительство Московской Патриархии в Страсбурге представило Европейскому суду по правам человека свой доклад, где указывалось, что защита прав «меньшинств» переросла в откровенную дискриминацию «большинств», в ограничение свободы слова для тех, кто не принимает извращений «по религиозным, нравственным и иным убеждениям». И в данном отношении Путин в полной мере поддержал точку зрения Межрелигиозного совета.

Но как раз эти факторы, попытки удержать военную и политическую самостоятельность, сохранить традиционные духовные ценности, нравственные устои, не позволить разъедать и растворять русский народ (как и другие народы России) оказались камнем преткновения «нового мирового порядка», вызывая раздражение и озлобление его авторов. Закрутился очередной виток подрывных операций в отношении России и в ее ближайшем окружении. В Грузии слишком обгадившегося Саакашвили постарались убрать. В 2012 г. на парламентских выборах победила не его партия, а оппозиционный (но тоже либеральный) блок «Грузинская мечта — Демократическая Грузия». Стали один за другим всплывать скандалы о жестоком подавлении акций протеста, о пытках в грузинских тюрьмах, загадки смерти Зураба Жвания — он был ближайшим соратником Саакашвили в «революции роз», получил пост премьер-министра, но вскоре был убит, и преступление осталось нераскрытым.

Для команды президента Грузии сигналы были более чем очевидными, она стала разбегаться — кто перекидывался к оппозиции, кто удирал за границу. В ноябре 2013 г. и сам Саакашвили накануне президентских выборов, даже не дожидаясь окончания своего срока правления, сел в самолет и умчался на запад. Он знал, от чего бежал. Против него сразу же было возбуждено несколько уголовных дел — по обвинениям в растрате бюджетных средств, коррупции, убийствах. Но покровители его не оставили, не выдали, в США его приняли преподавателем в школу права и дипломатии при университете Тафтса. Ну а в Грузии президентом стал Георгий Маргвелашвили. Взял тот же курс на сближение с США и Евросоюзом, заявлял, что «Россия представляет главную угрозу для безопасности стран Южного Кавказа и Черноморского побережья». Зато он не испачкал свою репутацию столь грязными делишками, как Саакашвили, не опозорился авантюрной войной — с таким президентом Западу было не зазорно развивать «дружбу».

А Украина очутилась на перепутье. Разнородные силы тащили ее в противоположные стороны, как лебедь, рак и щука. Президент Янукович пытался восстанавливать альянс с Россией. Вел переговоры о присоединении к Единому экономическму пространству и вступлении в Таможенный союз вместе с Россией, Белоруссией и Казахстаном. Об этом уже были достигнуты принципиальные договоренности. Но еще в период правления Ющенко велись совершенно другие переговоры, об интеграции в Евросоюз.

В 2011 г. было отработано Соглашение об ассоциации между Украиной и Евросоюзом. При этом Запад выдвинул Киеву ряд дополнительных условий — в том числе о признании в полном объеме «прав человека». Реакцию это вызвало совершенно неоднозначную. Ассоциация отрывала Украину от России, а «права человека» включали в себя и гомосексуальные безобразия. Возмущались не только коммунисты, но и вообще здравомыслящая часть населения. Кипели дебаты в Верховной Раде — а она, напомним, получила в «оранжевой революции» очень большие полномочия. Несколько раз подписание соглашения откладывалось. И все же в марте 2012 г. либералы продавили его, оно было парафировано делегациями Украины и Евросоюза.

Но после этого Янукович через Конституционный суд сумел добиться перераспределения прав от парламента в пользу президента. Стал тормозить заключение соглашения. Однако и Запад нажимал. Подписание наметили на саммите «Восточного партнерства» в Вильнюсе в ноябре 2013 г. На Украине продолжались жаркие споры. Любопытно отметить — когда объявили, что подписание уже назначено, то даже Украинская Православная Церковь (Московской Патриархии) спасовала, стала подстраиваться к тем, кто «сильнее». 30 сентября 2013 г. митрополит Киевский Владимир (Сабодан) издал «Обращение Церквей и религиозных организаций к украинскому народу»: «Исторически так сложилось, что с давних времен украинский народ был частью европейского цивилизационного пространства…» Такая позиция вызвала негодование части верующих, митрополиту ответило Всеукраинское православное братство св. Архистратига Михаила: «Неужели Вы надеетесь, что, войдя в ЕвроСодом, наш народ сможет сохранить наши православные ценности?» Подобные послания братство направило не только предстоятелю Украинской Церкви, но и президенту Януковичу, и Патриарху Кириллу.

А Янукович и без того отдавал себе отчет, что соглашение может привести к раздорам в республике, ударит по экономике — которая только-только начала выползать из кризиса благодаря сотрудничеству с Москвой. За несколько дней до саммита в Вильнюсе, 21 ноября 2013 г., было объявлено, что вступление в ассоциацию с Евросоюзом приостанавливается для «обеспечения национальной безопасности» и «восстановления утраченных объемов производства и торгово-экономических отношений с Российской Федерацией». Но оказалось, что на подобный случай у оппозиции (и иностранных спецслужб) уже все было подготовлено. Заранее, еще 13 ноября, лидеры прежней «оранжевой революции» и прозападных парламентских фракций провели встречу и условились об акциях протеста.

21 ноября, едва прозвучала информация о срыве соглашения с ЕС, центр Киева заполонили массы возбужденных молодых людей, вырос палаточный городок на майдане Незалежности — все по старому «оранжевому» сценарию. Янукович пытался упорствовать. Саммит в Вильнюсе так и прошел без подписания соглашения. А в ночь на 30 ноября на палаточный городок были брошены спецподразделения МВД «Беркут», разогнали собравшихся, очистили площадь. Но видеозапись разгона мгновенно распространилась в интернете, ее показали телеканалы, и иностранные, и украинские, это стало сигналом раздуть протесты против «расправы над студентами».

1 декабря на Майдане оппозиция собрала «народное вече». По ее подсчетам, полмиллиона человек. Наверняка меньше, но центр Киева захлестнули толпы митингующих. Требовали «прекратить репрессии», наказать виновных, освободить арестованных. Но при этом стали формироваться отряды боевиков — якобы для защиты «Евромайдана». Оппозиционные партии создали «Штаб национального сопротивления», националистические группировки объединились в «Правый сектор». Покатились беспорядки, «майданщики» стали захватывать правительственные здания, пытались штурмовать администрацию президента. Добавился новый лозунг — не допустить заключения Таможенного союза с Россией.

Янукович пробовал использовать методику Путина. Были приняты законы об ужесточении ответственности за несанкционированные акции. Стояла зима, манифестанты мерзли, устали, начали выдыхаться. Многие расходились и разъезжались по домам — ведь в Киев навезли молодежь со всей Украины (разумеется, за плату). Оставалось лишь очистить улицы силами правопорядка. Но решительности и выдержки Януковичу очень не хватало. После посыпавшихся обвинений милиция получала приказы действовать мягче. Где-то оттесняла манифестантов, а они собирались снова, начали строить баррикады.

Президента Украины принялись регулировать и западные дипломаты, указывали, что надо выполнить требования протестующих. 10 декабря ему позвонил вице-президент США Байден, жестко потребовал, «чтобы сила не применялась». А на следующий день прилетела американская делегация во главе с помощником госсекретаря Нуланд, взялась «мирно урегулировать» конфликт. И Янукович пошел на поводу, слушался. 13 декабря он ввел «мораторий» на любые силовые действия. Были отменены законы об ответственности за несанкционированные мероприятия. Вместо них объявили амнистию, выпустив всех арестованных хулиганов и активистов. Нуланд внушала Януковичу, что ради «мира» надо отправить в отставку правительство — он и это исполнил, оставив самого себя без помощников и опоры.

А в это же время лидеров оппозиции Яценюка и Кличко вызвали в Мюнхен, где проходила конференция по европейской безопасности. Здесь с ними встретились главы государств Евросоюза и госсекретарь США Керри, который поставил перед ними вопрос ребром: Украина должна выбрать, с кем она: «со всем миром или с одной страной» [14]. В результате получалось, что Янукович шел на уступки, объявлял «перемирия» с оппозицией. А она формировала и стягивала в Киев отряды, 20 тыс. боевиков, и многие были вооружены, возводили баррикады. Впрочем, вся Украина в это время раскололась. Западная часть держала сторону «майданщиков». Восточные области возмущались беспределом в столице, проводили митинги против мятежников — но вот их-то никто «не замечал» и не принимал в расчет.

А 7 февраля 2014 г. начались зимние Олимпийские игры в Сочи. Их торжественно открыл Путин. Внимание всего мира, а России в особенности, переключилось на Олимпиаду, новости из Сочи вышли на первое место информационных программ, оттеснив на задний план Украину, где ситуация зависла в неопределенности. 23 февраля ждали красочного закрытия Игр, готовились к нему. Но именно это время было выбрано для переворота в Киеве. 18 февраля толпы манифестантов организовали так называемое «мирное наступление», ринулись захватить Верховную Раду. Оцепление отбросило их, но отряды боевиков ворвались в несколько других зданий, кидали бутылки с «коктейлем Молотова», поджигали машины.

После этого и милиция прекратила «нейтралитет», применила слезоточивый газ, водометы. «Беркут» пытался штурмовать баррикады на Майдане, пустил бронетранспортеры. Были десятки убитых, сотни раненых. Столкновения начались не только в Киеве — во Львовской области боевики врывались в отделения милиции, забирали оружие. В столице Украины был объявлен режим контртеррористической операции. Но к Януковичу примчалась целая когорта «миротворцев»: министры иностранных дел Польши, Франции, Германии. Насели на него, требуя «мирного урегулирования», США грозили введением санкций.

20 февраля в уличных беспорядках добавилось еще кое-что: неведомые снайперы. Причем у них оказалось много общего с загадочными снайперами в Москве в октябре 1993-го: они поражали как сотрудников МВД, так и демонстрантов, нагнетая взаимное озлобление. Общим было и то, что снайперы потом «испарились» без следа, и их принадлежность до сих пор не установлена, остались лишь догадки и версии. Но в такой обстановке из Киева, опасаясь расправы, побежали сотрудники Януковича, его сторонники из парламента. Вечером 20 февраля Рада собралась на экстренное заседание. Большинство составляла уже оппозиция, и было принято постановление, осудившее «применение насилия» и «преступления против человечности». Всем силовым структурам Рада запретила применение любого оружия. Им предписывалось снять оцепления, вернуться к местам постоянной дислокации.

А Янукович в это время под диктовку западных представителей вел переговоры с лидерами оппозиции. 21 февраля подписал с ними соглашение: на Украине до конца года провести досрочные президентские выборы, сформировать «правительство народного доверия», вывести полицию из центра Киева, а оппозиция взамен распустит свои отряды и сдаст оружие. Это оказалось обманом. Оцепления сняли, милицию вывели, но мятежники выполнять свою часть обязательств и не думали. Выдвинули новые требования — немедленная отставка Януковича, наказание силовиков, иначе грозили штурмовать администрацию президента и Раду. Президент и спикер парламента бежали. Власть досталась сторонникам Евросоюза и украинским фашистам. В парламенте теперь заправляли они, 22 февраля провозгласили, что Рада берет власть в свои руки, а президента признали «самоустранившимся», объявили в розыск. По официальным данным Украины, в ходе беспорядков погибло 104 человека, пострадал 1221 (госпитализировали 795). Сотрудников МВД было убито 17, ранено и избито 1127.

Новую власть с ходу признали США, Евросоюз, Литва, Швеция, Польша, Германия. Незаконной ее объявили Россия, Боливия, Венесуэла, Куба, Сирия, КНДР. Путин характеризовал протесты как «подготовленные извне», и не революцией, а «погромом». Впоследствии он пояснил открытым текстом: «Фокус ситуации заключался в том, что формально оппозицию на Украине прежде всего поддерживали европейцы, но мы прекрасно знали — не просто отдавали себе отчет, а знали, что реальными „кукловодами“ были наши американские друзья. Это они помогли готовить националистов, боевые отряды — на западе Украины, в Польше, в Литве отчасти. Как поступили наши партнеры? Способствовали совершению государственного переворота».

Но и на самой Украине реакция населения и местных властей была диаметрально противоположной. Верховный Совет автономной республики Крым еще в январе требовал от Януковича применить жесткие меры для наведения порядка, ввести чрезвычайное положение. Заранее предупредил, что не отдаст полуостров «экстремистам и неонацистам», и крымчане «не будут жить в бандеровской Украине». В Донбассе местные органы власти и рабочие надеялись уже не на президента, а на себя. Начали создавать народные дружины, чтобы защитить свои города от «майданщиков» и их боевиков. А после переворота забурлил весь восток Украины. Крым, Донецкая, Луганская, Харьковская, Запорожская, Днепропетровская, Одесская, Херсонская, Николаевская области отвергали власть узурпаторов.

Самыми сплоченными и организованными оказались противники «майдана» в Крыму. Здесь уже существовали пророссийские движения, имели большой вес в республиканском парламенте. К ним примыкали местные казаки. Сформировались добровольные дружины, эти силы объединились в «Антимайдан». Узнав о стрельбе и уличных схватках в Киеве, послали туда отряд для защиты законной власти. Но на колонну автобусов в Черкасской области напали боевики «Правого сектора», людей побили, заставили возвращаться. 22 февраля из Киева вернулся и крымский «Беркут» — из 150 бойцов 32 получили ранения, 1 погиб. Их встречали как героев. Это подлило масла в огонь. О примирении речи уже не было.

Правда, местное правительство склонялось подчиниться киевским победителям — абы самим сохранить теплые места. Но парламент действовал более расторопно и энергично, рассмотрел вопрос о смене действующей администрации. Не оправдались и расчеты организаторов переворота на Олимпиаду в Сочи. Как выяснилось, Путин внимательно отслеживал ситуацию на Украине и в Крыму. В ночь на 23 февраля по его приказу была проведена спецоперация, в Крым эвакуировали легитимного президента Януковича. И этой же ночью, как раз накануне закрытия Олимпиады, Путин провел совещание с руководителями спецслужб, поручив им «начать работу по возвращению Крыма в состав России», но подчеркнул — действия последуют лишь в том случае, «если этого хотят сами люди, которые проживают в Крыму».

Тем временем на полуострове переформировывались органы исполнительной власти, не обходилось без ожесточенных конфликтов. «Евромайдан» поддержали Меджлис крымских татар, группировка футбольного клуба «Таврия» (все футбольные клубы Украины были заранее превращены в отряды боевиков). 25 февраля по телевидению выступил глава «Правого сектора» Мосийчук, зловеще пообещал послать в Крым «поезд дружбы» для усмирения всех несогласных. Другой лидер этой организации Ярош объявил мобилизацию на Крым. 26 февраля противостояние достигло высшего накала. Меджлис и прочие «майданщики» созвали своих сторонников у Верховного Совета Крыма, пытались захватить его. Но созвала людей и «Русская община Крыма». Произошла драка, пострадало 30 человек, погибло двое (мужчина от сердечного приступа и женщина в давке). «Майданщиков» разогнали.

А из России в Крым уже прибывали добровольцы, кубанские казаки. Прибыли и отряды спецназа, военные специалисты, сорганизовавшие приезжих и местные силы — дружины самообороны, бойцов «Беркута». В ночь на 27 февраля взяли под охрану Верховный Совет и здание правительства, перекрыли блокпостами въезды на полуостров через Перекоп и Чонгар. В этот день парламент Крыма избрал главой правительства Сергея Аксенова, лидера партии «Русское единство». Киевская Рада не признала назначение. Но Аксенова утвердил Янукович — он же оставался законным президентом. На 25 мая назначили референдум о статусе Крымской автономии.

А 1 марта Аксенов официально подчинил себе силовые структуры республики и обратился к Путину «об оказании содействия в обеспечении мира и спокойствия на территории Крыма». В тот же день Владимир Владимирович внес в Совет Федерации предложение об использовании Вооруженных сил на территории Украины «до нормализации общественно-политической обстановки». Согласие было дано сразу. В Крыму уже находился Черноморский флот России, 16 тыс. военнослужащих. Дополнительно было переброшено 9 тыс. Украинские войска на полуострове насчитывали 18,5 тыс. человек. Но их просто заблокировали. Да они и сами не рвались в драку — здесь служили в основном местные уроженцы, и многие симпатизировали России.

6 марта власти Крыма перенесли референдум на более близкую дату, 16 марта, и уточнили формулировки. Жителям предлагался выбор: присоединение к России на правах субъекта федерации или восстановление конституции 1992 г. с сохранением в составе Украины. Вот тут западные державы и новые власти Киева ошалели! До сих пор они даже представить себе не могли, как далеко готова пойти Москва! Об этом нигде не говорилось, и никто не верил, что Путин решится на присоединение Крыма. 11 марта парламенты Автономной республики Крым и Севастополя приняли декларацию о независимости (чтобы дальнейшие решения референдума стали легитимными). Киевские узурпаторы пытались протестовать, объявили Верховный Совет Крыма распущенным. Но ничего сделать уже не могли, операция была проведена четко и стремительно — в считанные дни.

16 марта около 97 % жителей республики Крым и около 96% жителей Севастополя высказались за воссоединение. Присутствовало 135 иностранных наблюдателей, набирали факты «нарушений» и «фальсификаций», но ведь результат оказался такой, что не оспоришь. Подавляющее большинство. А Путин и дальше действовал быстро. 18 марта произнес речь о воссоединении в Федеральном Собрании, и тут же был подписан договор о принятии Крыма и Севастополя в состав России, мгновенно ратифицированный. Украинским военнослужащим в Крыму, так и просидевшим на своих базах, был предложен свободный выбор: кто хочет — пусть остается, не хочет — может свободно уехать. Большинство решило остаться. Но и для населения был объявлен переходный период до начала 2015 г. — кто не желает принимать гражданство России, может не делать этого, покинуть Крым.

Но какой же взрыв эмоций вызвали эти события по всей нашей стране! Она снова, теперь уже открыто, явно, зримо показывала себя великой державой! Независимой, самостоятельной! Люди заново ощущали себя русскими. Воодушевлялись тем, что они русские. Это была настоящая «Русская весна». Запад выл, грозил, вводил санкции — но оказывался бессильным. Россия на них не реагировала, и это тоже вдохновляло! Впрочем, были и другие. Устраивали митинги солидарности с «Евромайданом», протестовали против «захвата» Крыма, публиковали негодующие статьи, интервью, собирали подписи под своими петициями. Фигуры были те же самые — лидеры оппозиции, «правозащитники», «деятели культуры», артисты. Но теперь с ними не было коммунистов, националистов, партиотической молодежи. Они остались без своей обычной массовки, и протестовать выходили жалкие горстки. К которым само собой напрашивалось слово — отщепенцы. «Русская весна» открыла их истинное лицо.

Она продолжала бушевать и на Украине. В Донбассе отряды самообороны вооружались, занимали центры городов, районов, создавали свои временные органы власти. Милиция бездействовала — ведь она в основном состояла из местных уроженцев. В апреле были провозглашены Донецкая, Луганская, Харьковская республики. Но и победители «Евромайдана» опомнились, организовывали свои силы — боевиков «Правого сектора», отряды футбольных клубов. 7 апреля исполняющий обязанности президента Турчинов пригрозил по телевидению, что против непокорных будут начаты «антитеррористические мероприятия». В Харькове, в отличие от Донбасса, манифестанты были мирными, безоружными. Из Киева прислали верные новой власти подразделения МВД, банды «майданщиков», они очистили здания администрации, арестовали несколько десятков человек.

Вмешался и Запад. 17 апреля в Женеве состоялись переговоры по Украине. В них участвовали госсекретарь США Керри, верховный представитель ЕС Эштон, министр иностранных дел России Лавров и и. о. киевского министра иностранных дел Дещица. Выработали и подписали совместное завяление. Оно предусматривало: роспуск и разоружение незаконных формирований, освобождение захваченных зданий и других общественных мест, общую амнистию участникам массовых акций (кроме персональных виновников в тяжких преступлениях). «Деэскалация» ситуации намечалась с участием миссии ОБСЕ, наблюдателей от США, ЕС и России. И при этом должен был немедленно начаться открытый широкий диалог с учетом интересов всех регионов и политических сил Украины.

Но Женевские пункты так и не были выполнены. Россия указывала на роспуск и разоружение всех незаконных формирований. А Киев вывернул, что отряды «Правого сектора» и прочих «майданщиков» выполняют распоряжения правительства, значит, они «законные», и их соглашения не касаются. Вашингтон и Лондон согласились с такой трактовкой, Обама пригрозил России дополнительными санкциями. А насчет амнистии власти Киева разъясняли — она будет осуществляться только после полного разоружения. Турчинов направил на Донбасс отряды для усмирения, но в результате там произошли столкновения, погибли депутат от украинских националистов и студент-«майданщик». А после этого тот же Турчинов поднял шум о «надругательстве над Женевскими соглашениями… при полной поддержке и попустительстве Российской Федерации».

Хотя только оружие (разношерстное, иногда охотничье, коллекционное) позволило ополченцам Донбасса удержаться. В Запорожской, Днепропетровской, Одесской, Херсонской, Николаевской, Сумской областях жители, как и в Харькове, митинговали мирно. Но к ним перебрасывали из Киева и с Западной Украины большие контингенты молодежных «майданщиков», «правосеков». Громили, избивали, разгоняли. В Одессе 2 мая митинг противников переворота фашиствующая молодежь после побоища загнала в Дом профсоюзов и подожгла бутылками с «коктейлем Молотова». По украинским данным, погибло 46 человек, пострадали сотни. По неофициальным данным, сгорело более 140 человек (48 после пожара вообще «исчезли бесследно»). Но Одесса и Донбассу показала, можно ли иметь дело с такой властью. 11 мая в Донецкой и Луганской республиках прошли референдумы. Участвовало 75 % жителей, более 85 % проголосовали за независимость. И Украиной они себя больше не называли. Зазвучал другой термин — Новороссия.

Из новой книги Валерия Шамбарова «Россия и Запад – хроника неоконченной войны» («Современная история России»).

Литература.

14. Белоусов А. Конца протестам не видать? // Аргументы и факты. № 6 (1735). 5.02.2014

Поделиться в соцсетях
Оценить
Комментарии для сайта Cackle

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

ЧИТАТЬ ЕЩЕ

Последние комментарии
Загрузка...
Популярные статьи
Наши друзья
Авторы
Николай Зиновьев
станица Кореновская, Краснодарский край
Наверх