«Старец нашего времени». Северяне вспоминают Евгения Соколова — известного священника из Архангельска

От инженера-программиста до духовного наставника — через Шиес и работу в храме САФУ

В Архангельске умер протоиерей Евгений Соколов — руководитель миссионерского отдела Архангельской епархии, возглавлявший храм святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова в САФУ. Это был один из самых известных священников города, о котором знали даже неверующие жители Поморья. Несколько северян поделились с 29.RU своими воспоминаниями о нем.

«Не перечесть всех идей и проектов этого деятельного пастыря»

Митрополит Архангельский и Холмогорский Корнилий

— Тридцать лет отец Евгений нес духовное служение, он был рукоположен во диаконы в 1996 году, а спустя два года — во пресвитеры. Поначалу он служил в Покровском храме города Новодвинска. В 2001 году переведен в Коношский район в поселок Ерцево настоятелем храма в честь Казанской иконы Божией Матери. Осенью 2003 года протоиерей Евгений был назначен настоятелем домового храма в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского при Поморском государственном университете, а также назначен руководителем миссионерского отдела Архангельской и Холмогорской епархии. Когда в стенах Северного Арктического федерального университета имени М. В. Ломоносова возродили храм в честь апостола и евангелиста Иоанна Богослова, отец Евгений стал его настоятелем. Ныне почивший до последних дней предстоял перед престолом Божиим.

Трудами отца Евгения в Архангельской епархии начали свою работу богословские курсы, Иоанновские чтения, проводились православные фестивали бардовской песни, балы, открылось православное кафе «Три свечи», появлялись каналы и проповеди священников в соцсетях. Не перечесть всех идей и проектов этого деятельного пастыря, дабы вверенная его попечению паства возрастала в познании Господа нашего и Спасителя. Трудами почившего немало было сделано для духовно-нравственного воспитания овец словесного стада как на родной земле, так и далеко за пределами Архангельской епархии.

«Его скромность была поразительна»

Алексей Морозов, журналист

— Он начинал свой путь как инженер-программист на Архангельском ЦБК, но всю свою сознательную жизнь мечтал стать священником, поскольку в его роду было духовенство. В 90-е годы он ушел с комбината, хотя такого ценного специалиста отговаривал даже Владимир Крупчак. С тех пор отец Евгений занимался духовным служением, был настоятелем Домового храма Поморского университета, затем — Северного Арктического Федерального университета. Благодаря ему храм стал любимым местом прихожан. Отец Евгений возглавлял миссионерский отдел Архангельской епархии и очень много сделал для просвещения и помощи людям.

Отец Евгений был удивительным человеком, совершенно не типичным священником. Он был бессребреником и не брал деньги за крещения, венчания. Говорил так: «Мне главное, чтобы вы были готовы к таинствам». Готовил же строго: исповедовал и причащал не раз. Его скромность была поразительна — он долгие годы ездил на службу из Новодвинска на маршрутках, а ночевал в храме.

Я не во всем был согласен с отцом Евгением, мы расходились во взглядах на последние события в стране и в мире, но всегда отмечал его искренность. Он не умел врать и кривить душой, бывал иногда резок, но эта резкость тоже шла от сердца. Потому что он любил людей. И на Шиес поехал в 2019-м, чтобы поддержать тех, кто защищал Север от глобальной помойки.

«Он не был "церковным чиновником", но настоящим пастырем»

Андрей Дорофейчев, настоятель храма в честь святителя Николая Чудотворца в Соломбале

— На этой неделе, во вторник, представился ко Господу отец Евгений Соколов — миссионер, священник, труженик, бессребреник, светоч нашего города и области.

Он не отличался богатырским здоровьем и не поражал внешней мощью, но был наделён достойным воспитанием и редким даром — говорить по сердцу. Отец Евгений болел душой за Родину, за Отечество, за то, чтобы мы шли вперёд, имея ясную национальную идею — «хранение православной веры на Руси». Он часто повторял одни и те же мысли — о любви, справедливости, о необходимости обрести духовный ориентир для России. Некоторые священники улыбались или пропускали его слова мимо ушей: «Опять одно и то же…». Но в этом постоянстве была глубокая правда: мы знаем, что нужно любить и быть справедливыми, но на деле часто лукавим и отступаем, выискиваем разнообразия, но не определились с основами.

С отцом Евгением я познакомился, когда, ещё будучи школьником, решил пойти на богословские курсы — своего рода подготовку к духовной семинарии. Это было серьёзное преодоление: страх, стеснение, неуверенность. Но внутри горела жажда служить Богу и обрести знания. На курсах я проникся его лекциями — они оказали на меня огромное влияние. Даже в школьных сочинениях после батюшкиных лекций уже пытался осмысливать идеи о национальной идее, о том, что государство живёт не только усилиями правителя, но и благодаря участию каждого человека в судьбе страны.

Когда пришло время учёбы в семинарии, а затем и поиска духовника, владыка Даниил благословил меня обратиться к отцу Евгению. Хотя у меня уже были наставники, обстоятельства сложились так и несколько раз владыка настойчиво указывал на отца Евгения — и я последовал этому благословению.

С тех пор отец Евгений стал моим духовным отцом. Он венчал меня с матушкой в январе (20‑го числа), поддержав нашу семью в непростое время начального устроения совместной жизни, он же принимал ставленническую исповедь перед моим рукоположением в диакона и священника. Многие вопросы церковно-приходской жизни можно было решить с ним, проговорить, выговориться, открыться.

Для моей семьи он был тем самым «третьим судьёй», к которому мы обращались в минуты сомнений, скорбей, разногласий. Он всегда находил время выслушать, помочь, поддержать — даже когда был занят, в отпуске или нездоров. Особенно памятен мой визит к нему после кончины матушки. Увидев меня, он сказал: «Я очень тебя ждал». Мы долго говорили, и с легким сердцем расстались.

Отец Евгений не боялся делиться личным опытом, особенно в вопросах семейной жизни. Он рассказывал, что шёл к священству непросто: трижды ощущал призвание, и лишь после третьих особых обстоятельств решился на рукоположение. При этом признавался, что по дороге в епархию мечтал, чтобы машина сломалась — настолько велик был внутренний страх и трепет перед предстоящим служением.

Его семейная жизнь не была безоблачной. Он говорил мне: «Мы, отец Андрей, воспитываем своих матушек». На протяжении 14–15 лет он терпеливо помогал матушке Наталье раскрыться как идеальной спутнице священника. А затем, когда она отходила в Вечность, ему довелось соборовать, причащать и напутствовать её перед кончиной от онкологии.

Сейчас, когда не прошло ещё сорока дней после смерти моей супруги-матушки, отошёл ко Господу и отец Евгений. Но в душе — не горе, а тихая уверенность: Бог устроил так, что он встретит её на небесах, поможет пройти мытарства. Мы здесь в Архангельске служим Богу ежедневно и совершаем за них молитвы.

Незадолго до его кончины мне удалось побывать у него в больнице — благодаря прихожанам из Новодвинска, которые, сопереживая моей скорби, пришли со своей скорбью в мою жизнь, и чудом как-то предложили посетить отца Евгения и организовали эту встречу. Мы ходили по больничному коридору, я держал его за руку. Мы достаточно поговорили, мне очень важно было видеть его, а он при встрече сказал, что как раз хотел позвонить мне. Это было наше последнее общение.

Что особенно поражало в отце Евгении — его жизнь по духу, а не по букве закона. Он не был «церковным чиновником», но настоящим пастырем, живущим заботой о людях. Меня порой даже раздражало его бессребреничество — он мог бы решить многие проблемы своих детей, позаботиться о своем здоровье, но неизменно ставил служение людям выше собственных нужд.

При этом он поддерживал меня в стремлении беречь здоровье: когда я с опаской спрашивал благословения на определённые послабления в посте или занятия спортом, он неизменно отвечал: «Нет, отец, занимайся. Мне уже поздно, а тебе нужно беречь себя».

Отец Евгений вырос в эпоху советского воспитания — честного, справедливого, стыдливого в просьбах для себя. Он мог хлопотать только о храме и людях, забывая о собственных нуждах. Прихожане старались заботиться о нём, но его скромность была поистине безграничной. Он был миссионером, стремившимся воцерковить всех — от простых прихожан до чиновников, начальников, военных. И до последнего дня оставался верен своему служению.

В его последних днях и часах, как пишут родные, он готовился к службе, собирался в храм. Это и есть подлинный пример пастыря — жить храмом, думать о храме, стремиться предстать перед Богом в служении.

Пусть память о вечности, о смерти всегда пребывает с нами. Пусть благоговейная память об отце Евгении, достойном служителе Божием, хранится в наших сердцах. Сегодня мы возносим молитвы о его блаженной памяти.

Аминь.

«У него был дар — его слова доходили до сердец и душ»

Роман Иванов, уроженец Архангельска

— С отцом Евгением мы познакомились лет 10 назад на богословских курсах, которые он читал в СГМУ. Я взял благословение и спросил, где он служит. Первый раз я пришёл к нему просто за советом, а потом стал ходить на исповедь и богослужение. Он мог исповедовать до 200 человек, среди них было много известных людей Архангельска, Архангельской области и других городов.

Отец Евгений стал моим духовником, так как много меня наставлял, давал житейские советы и советы в духовной жизни. Он сопереживал очень многим людям, которые к нему приходили, с их болью и горем. Молился за людей и по его молитвам многие проблемы решались. И конечно, он радовался за людей, когда у них было все хорошо.

Мы стали общаться меньше, так как я переехал в Нижний Новгород, но мы общались в соцсетях, где я просил его советов и его молитв. Я каждый год приезжаю в Архангельск, и каждый раз заходил к нему в храм.

Вы знаете, я знаю очень много священников в разных епархиях — Московской, Курганской, Нижегородской и так далее. Но таких священников, как отец Евгений я не встречал. У него был дар слова, его слова доходили до сердец и душ. Я бы его назвал «утешителем» — он всегда утешал людей. Он был очень добрый, очень любил молится, часто ходил вокруг библиотеки САФУ и молился Иисусусовой молитвой за мир, область и людей, которые к нему общались. За своих духовных чад.

В православии есть понятие «старец». Отец Евгений — старец нашего времени.

«Вопросы о воспитании настоящего Человека»

Елена Доценко, депутат Архангельского областного собрания

— Горестные вести. Вчера вечером перестало биться сердце славного, уважаемого, мудрого человека, священника отца Евгения Соколова. Закончен его земной путь…

Я буду помнить всегда, как мы вместе создавали православное кафе в родном университете, как душевно звучали православные песни и стихи о Родине на конкурсах, которые были доброй традицией в Поморском университете. Как мы вместе с дочерью отца Евгения организовали славные студенческие балы, положив начало традиции большого университета.

Буду помнить наши беседы и всегда возвращаться к главным вопросам о воспитании настоящего Человека, которые мне при каждой встрече задавал мудрый наставник.