МАЗЕПА И ЗАПОРОЖЦЫ

Опубликовано 08.05.2023
МАЗЕПА И ЗАПОРОЖЦЫ

Мазепа готовил измену. В малороссийских городах и в Сечи появлялись манифесты Карла XII, призывавшего избавиться от «царской тирании» и переходить под его покровительство. Гетман распустил слух, будто Петр хочет истребить всех запорожцев, а Украину отдать Меншикову. Смутных настроений в Сечи добавили и остатки мятежников Булавина. Киевский воевода докладывал, что в Запорожье появились “черкасы и русские люди… и везут с собой на возах много раненых воров”. А тем временем наступление шведов застопорилось. Петр избегал решающего сражения, но по мере приближения к русским границам враг встречал все более сильное сопротивление. На его пути отряды кавалерии и казаков угоняли скот, вывозили или жгли хлеб, овес, сено. Добрвышись до Могилева, шведы стали голодать. Карл понял – идти на Москву через Смоленск нельзя. Его армию вот так же окружат мелкими отрядами и выморят голодом.

Но на Украине ждал Мазепа. Там можно было перезимовать. А по весне соединиться с польской армией, казаками и, опираясь на украинские ресурсы, ударить на Москву с юга. 14 сентября 1708 г. Карл повернул на юг. Мазепа в это время приказал населению сдавать зерно, сало и прочее продовольствие. Все это свозили в Батурин – якобы для того, чтобы укрыть от неприятелей и снабжать свои войска. В Батурине собрали и 300 пушек, запасы пороха из разных городов. А Карл, вступив на Украину, издал новый манифест. Обещал жителям милости и «свободы», требовал привозить шведам продукты и фураж за хорошую цену. Но встретили его иначе. Адъютант Меншикова Бартенев докладывал: «А черкасы збираютца по городкам и в леса вывозят жены и дети, и хлеб по ямам хоронят. А я им сказал, что идут наши полки, и они тому зело рады и ожидают». Да, ожидали не иноземных «освободителей». Ожидали русских! Города запирали ворота, казаки открывали огонь.

К Мазепе сыпались приказы Петра прислать в армию его полки и самому прибыть в ставку. Он тянул время. Сперва оправдывался, что может напасть Лещинский, потом придумал, что он тяжело болен, приходит конец. Но он переиграл. Настолько расписал свои страдания, что Меншиков вызвался поехать проведать старика. Впрочем, возможно, что он уже заподозрил неладное. Мазепу он не любил, а поступали новые сигналы о его измене. Но гетман, узнав о визите Меншикова, перепугался, что его планы раскрылись. Да и ложь с болезнью было не трудно разоблачить. Однако Карл приближался, и предатель рассудил, что можно сбросить маски.

В Батурине он оставил гарнизон под началом верных ему полковника Чечеля и генерального есаула Фридрика Кенигсека. А сам собрал свои полки возле Десны. Произнес речь, выплеснув на Россию ушаты грязи, доказывал что шведы наверняка победят. Извещал, что Карл обязался соблюдать их «права и вольности», и переход Украины на шведскую сторону продиктован только заботой о благе «казацкого народа». «Что за народ, когда он о своей пользе не радит?» Но когда казаки узнали, что их ведут сражаться не со шведами, а против русских, они забурлили. Мазепа благоразумно поскакал прочь, и за ним последовала лишь небольшая часть войска. Вместо обещанных 40 тыс. он привел к Карлу лишь 2 тыс.

Но измена стала фактом, и Царь догадался, куда идут шведы – к Батурину. Туда помчался Меншиков с корпусом драгун. Гарнизон отказался впустить их. Морочил голову переговорами, потом открыл огонь. Шведы были уже рядом, и защитники были уверены, что продержатся. Но даже из отборных воинов Мазепы не все были предателями. Казаки прилуцкого полка во главе с Иваном Носом выбрались из Батурина и рассказали о тайной калитке в замок. Меншиков бросил солдат на штурм, мазепинцы отбивались, а в это время отряд драгун проскочил через калитку. Крепость взяли, что можно забрали с собой, остальное подожгли. Рванули запасы пороха. Шведы и Мазепа опоздали на день. Огромных складов больше не существовало. А обоз с припасами и подкрепления, шедшие из Прибалтики, Петр еще раньше разгромил при Лесной. Карл застрял в бедственном положении.

5 октября в Глухове открылась рада малороссийских полков. На площади повесили Чечеля и чучело Мазепы, его предали анафеме. В присутствии Царя рада выбрала гетманом Стародубского полковника Ивана Скоропадского. Не пристало к изменнику и население. Лучшим средством агитации стало перехваченное письмо Мазепы Лещинскому, где он признавал себя подданным польского короля. Его размножили, читали по городам, и оно вызвало бурю негодования. От изменника стали уходить даже те, кто сперва примкнул к нему, полковники Апостол, Галаган. Петр вспомнил и Палия, оклеветанного Мазепой. Его на перекладных примчали из Тобольска. Царь беседовал с ним, просил прощения за допущенную ошибку. Дал денег, оружие, отправил на Правобережье поднимать казаков против Лещинского.

И все же предательство выручило шведов. Мазепа знал укрепления своих городов. Вносил разброд среди казаков, помог Карлу захватить Ромны и Гадяч, где имелись кое-какие запасы. Но вся Украина поднялась против захватчиков. Население вооружалось чем попало, сопротивлялось. Король высылал карателей, и действовали они свирепо. Шведы описывали, как их генерал Функ «испепелил также несколько враждебных казачьих деревень и велел перебить всех, кто повстречался, чтобы внушить ужас другим». Но казачьи и драгунские отряды обкладывали врагов. Чтобы прокормить армию, Карлу пришлось рейдировать по Украине, он нес потери. Хотя все еще не считал войну проигранной. Надеялся на вмешательство турок, крымцев, приход поляков.

И в это же время вдруг изменила… Сечь. Это могло показаться диким. Запорожцев всегда считали «народными» воинами, защитниками Украины от поработителей! Но Сечь стала «не та». Времена Сирко ушли в прошлое, там копилась сбродная вольница, заправлял Гордиенко. Неожиданным образом сказалось и возвращение из ссылки Палия. В Запорожье было много бывших повстанцев. Как только узнали, что появился их лидер, хлынули к нему. К Палию ушли и идейные борцы за Украину, сторонники единства с Россией. Вместе с царским корпусом Гольца они возле Подкамня разбили польскую армию Лещинского и оставленные ему шведские полки, пресекли их связь с Карлом.

А на Сечи после ухода лучших осталась разношерстная муть. В январе 1709 г. Петр узнал – делегация Гордиенко от имени Мазепы вела переговоры с крымцами. Уговаривала их, что настало самое подходящее время вторгнуться на Украину. В свое время Сирко казнил соплеменников, надумавших переселиться к «басурманам»! А теперь «басурманам» подсказывали, как им лучше напасть! В феврале Гордиенко созвал в Переволочне раду. Зачитал универсал Мазепы, будто Петр намерен ликвидировать их «вольности», выслать всех казаков за Волгу. Прибыли и послы крымского хана, обещали поддержать. Правда, более умный человек, чем Гордиенко, мог раскусить, что татары лишь провоцируют запорожцев. Обещания они давали только устно, ни разу не подтвердили на бумаге. Но Гордиенко на это не обратил внимания. Выкатил бочки с вином, и сирома заорала – идти с Мазепой и шведами.

Запорожцы напали на отряд русских драгун, около 100 перебили, 154 пленили. Часть подарили крымцам, а 90 Гордиенко привез к Карлу, принес ему присягу. Шведский король наградил казаков, приехавших с ним, выдал по 20 талеров. Мазепа добавил по 10 талеров. Итого получилось - по 30 сребреников. Молва фантастически преувеличила победу над драгунами. К запорожцам стали присоединяться просто желающие пограбить. Это воинство рассыпалось по Украине мелкими отрядами, принялось потрошить деревни – под предлогом, что они изменили Мазепе.

Карл в это время осадил Полтаву – ошибочно считая, что в городе большие запасы еды и пороха. Крепость была слабенькой, но к гарнизону из 4270 солдат присоединились 2 тыс. местных казаков и горожан, дрались насмерть. А Петр решил, что шведов достаточно ослабили, можно дать генеральную битву. Приказал идти к Полтаве всей русской армии. А на гнездо измены в Сечи отправилась экспедиция Волконского и Яковлева. Запорожцы пробовали остановить ее у Переволочны. Но ведь они превратились уже в сбродную массу с крайне низкими боевыми качествами. 2 тыс. человек разогнали одной атакой, преследовали и рубили. Еще 1,5 тыс. сечевиков разгромили донские казаки под Керебердой.

Царь до последнего пытался образумить изменников. Посылал увещевательные письма, обещал прощение. Но в Сечи были уверены, что Карл и Мазепа побеждают, вот-вот возьмут Полтаву, что со дня на день появится хан с ордой. Экспедицию встретили запертыми воротами, выкатили пушки. Полковник Яковлев все-таки пробовал избежать кровопролития. Вступил в переговоры. Защитники согласились, вырабатывали условия. Но открылось, что они лгут, тянут время – кошевой Сорочинский умчался в Крым, обещал вернуться с татарами. 14 мая 1709 г. солдаты пошли на приступ. По ним ударил страшный залп из 100 пушек, запорожцы выплеснулись в контратаку. Около 300 русских убили, несколько десятков захватили. Их вывели на вал и умерщвляли после страшных мучений. Таким способом предводители изменников решили повязать подчиненных, отрезать возможность капитуляции.

Но солдаты, видя жуткую смерть товарищей, разъярились. К вечеру подошла подмога, драгуны и чигиринские казаки полковника Галагана. Он когда-то сам был запорожцем, подсказал слабые места укреплений. Вторым штурмом Сечь взяли. Ожесточившиеся солдаты не брали пленных. Командиры их и не удерживали. Только нескольких «знатнейших воров» уберегли для расследования и публичной казни. Собрали трофеи и пушки, а Сечь сожгли, «дабы оное изменническое гнездо весьма искоренить». А отряды запорожцев, разошедшиеся по Украине, сами крестьяне стали истреблять без всякой жалости. Одна из банд добралась до Чугуева, здешние казаки были на войне. Но вооружились старики, молодежь, окружили и перебили 150 грабителей.

Уцелевшие отряды и разбежавшиеся после разгрома Сечи стекались к шведам, у Гордиенко собралось 8 тыс. человек. Здесь им тоже пришлось не сладко. Карл им жалованья не платил, со своими солдатами не равнял. Направил на осадные работы, запорожцы под пулями рыли траншеи и апроши вокруг полтавских стен. Но и русская армия уже сосредоточилась рядом. 27 июня грянула Полтавская битва.

Мазепинцев и запорожцев сочли слишком ненадежными, оставили прикрывать обоз. Но когда шведы были вдребезги разгромлены, изменники получили возможность первыми удариться в бега. А в составе царских войск сражались яицкие, хоперские, ахтырские, сумские, харьковские, острогожсккие, переяславские казаки. Донские полки подошли на следующий день, их включили в корпус конницы Меншикова, бросили в погоню за удирающим противником [47, 169].

На берегу Днепра в Переволочне мазепинцы и запорожцы быстро сориентировались, перемахнули через реку на лодках и подручных средствах. Шведы задержались – ведь лодки уже угнали их союзники. Сумели спасти только короля с небольшим отрядом. Появился Меншиков, и остаткам врагов пришлось сдаться. Мазепа, запорожцы и Карл, с оставшимися у него 350 подчиненными спаслись в Бендерах, на турецкой территории. Но Мазепу презирали и турки. Он попросил пашу выделить ему дом, тот ответил – если гетмана не удовлетворили дворцы, которыми жаловал его Царь, то здешние дома ему и подавно не подойдут. А Петр велел изготовить для него особый «Орден Иуды». Из серебра, весом 12 фунтов (4 кг 800 г), на нем был изображен повесившийся Иуда, мешочек с деньгами и надпись: «Треклят сын погибельный Июда, еже за сребролюбие давится». Его хотели выкупить у турок, предложили 300 тыс. руб. Но крушения планов, утраты положения и богатств Мазепа не перенес, в сентябре 1709 г. умер.

Полтавская битва встряхнула всю Европу! Шведская армия, считавшаяся «непобедимой», была уничтожена! Из Польши сбежал Лещинский, снова вынырнул Август. Что ж, Петр не отбросил блудного союзника, не возражал против его возвращения на престол. Возобновил союз против Швеции с Польшей и Саксонией, присоединились Дания, Пруссия. Но Царь был уже опытным и мудрым политиком. Условия теперь диктовали русские, и полякам Петр указал, что они сами перечеркнули прежние договоры. Прибалтику русские войска стали отвоевывать уже для себя. Мало того, Государь наметил забрать у Польши Правобережную Украину. Ведь здешние казачьи полки подчинялись тому же гетману, что и левобережные – Скоропадскому, в городах стояли русские гарнизоны. Петр поддерживал Палия, настроенного на воссоединение с Россией. А своим дипломатам повелел уклоняться от обсуждения статуса Правобережья. Надеялся закрепить его за собой постепенно. Поставить панов перед фактом – отнять все равно не сумеют.

Но во владениях султана были и другие казаки. Здесь обосновалось много беженцев еще с 1703 г., когда поляки громили восстание на Правобережье. Одни потом вернулись к Палию, другие остались, хотя и называли себя «палиивцами». Теперь добавились запорожцы и мазепинцы. Всего набралось до 20 тыс. казаков, и турки предлагали отдать их Польше. Но паны отказались от подобного «подарка». Гордиенко увлек запорожцев и часть «палиивцев» на службу крымцам. На ханской земле возле впадения в Днепр р. Каменки построили «новую Сечь». Зазывали соратников, скрывавшихся на Украине, принимали дезертиров, беглых. А мазепинцев возглавил ближайший помощник умершего гетмана, Филипп Орлик. Очень боялся, что его выдадут, поэтому женился на турчанке, принял ислам (турки единоверцев не выдавали). Орлик стал первым идеологом «самостийной Украины». Составил «Пакты и Конституции прав и вольностей Войска Запорожского». Точно так же, как и все украинские сепаратисты, создавать свое «казацкое» государство он собирался при покровительстве чужеземцев. Отирался возле Карла XII и свою «конституцию прав и вольностей» представил ему на утверждение.

А шведы прилагали все усилия, чтобы толкнуть на Россию Османскую империю. Сыпали взятки, напоминали о потере Приазовья, пугали, что русское влияние с Украины распространится на Балканы. Поддержала французская дипломатия, Лещинский пообещал отдать султану изрядные области Правобережья, если поможет вернуть престол. Эти усилия достигли цели. В качестве одного из поводов к войне турки решили разыграть «казачью карту». Признали Орлика «законным» гетманом, и Гориенко с запорожцами тоже подчинился ему. Осенью 1710 г. Османская империя предъявила Царю ультиматум. Требовала вернуть все, что русские отобрали у нее и у Швеции, не вмешиваться в польские дела, а статья 5 гласила: “Казакам возвратить их прежние вольности и преимущества”.

Петр такие условия отверг. Тогда последовало вторжение татар. Вместе с ними очутились запорожцы и орликовцы. На Левобережье полки Скоропадского и царские гарнизоны дали отпор. Но на Правобережье Палий уже умер, верховодил Самусь – и он изменил. Объявил, что подчиняется Орлику. Что ж, он быстро раскаялся. Татары, как обычно, жгли и хватали полон. Часть запорожцев занялась тем же самым. Но возмущенные казаки Самуся бросились защищать свою землю. И к ним тоже примкнула часть запорожцев – кто еще считал себя борцом за родной народ. Царь выслал кавалерию, и крымцы предпочли повернуть назад, угоняя множество невольников. Самусь был настолько потрясен, что не пошел с «освободителями», покаялся перед Петром и после расследования был прощен. А Сечь на Каменке Царь велел разорить. Туда двинулись казаки Скоропадского и драгуны. Контингенты у заорожцев набрались такие, что на этот раз даже не пытались сопротивляться, разбежались. Экспедиция перебила пойманных «воров» и сожгла Сечь. А Гордиенко понял, что вблизи границ гнездиться опасно. Выпросил у хана место в самых низовьях Днепра, в Алешках (возле нынешнего Херсона).

В ответ на набег была объявлена война. В мае 1711 г. Царь повел в Прутский поход 38 тыс. регулярных войск, 10 тыс. донских и малороссийских казаков. Рассчитывали, что присоединятся со своими армиями господари Валахии и Молдавии, восстанут болгары, сербы. Но Петра и его военачальников подвела излишняя самоуверенность. Господарь Молдавии привел лишь плохо вооруженных ополченцев. Господарь Валахии вообще перекинулся к туркам. Небольшую русскую армию окружили полчища противника. Спасло лишь то, что она дралась умело и отчаянно, положила множество врагов. Янычары забунтовали, отказывались идти в атаки. Поэтому великий визирь предпочел заключить мир и позволить русским уйти на родину. Но условия стали очень тяжелыми. Пришлось возвратить туркам Азов и Приазовье. Султану отходило и Запорожье, он получил право «защищать казаков». Кроме того, он признавался гарантом безопасности Польши. Россия обязалась не вмешиваться в ее дела и вывести войска с ее территории. Этот пункт перечеркнул проекты забрать Правобережье.

Обстановка на юге еще долго балансировала на грани возобновления войны. В 1713 г. крымский хан прокатился по Украине, угнал 14 тыс. человек и 90 тыс. голов скота. Раньше разведку в степи вели запорожцы, подавали первые сигналы об опасности – теперь их не стало. Петр осознал, что нужна замена и учредил украинскую ландмилицию – ее формировали на базе солдатских и стрелецких гарнизонов, находившихся в малороссийских городах. Добавили дворян-однодворцев, охранные части, выведенные из Азова. Переводили сюда служилых казаков с Белгородской засечной черты – теперь она оказалась «в тылу». Ландмилиция считалась силами местной самообороны от татар, ее содержало население, платило особую подать (очень небольшую).

Но Турция испробовала русскую силу, от серьезных столкновений теперь воздерживалась – тем более не желала вступаться за шведские интересы. А Швеция войну проигрывала. Казаки достойно участвовали в дальнейших кампаниях, в походах в Прибалтику, Германию, Финляндию. Шведы еще пытались упорствовать, отсидевшись за морем. Но русские строили Балтийский флот, стали одерживать морские победы, высаживать десанты рядом со Стокгольмом. Противники сломались. В 1721 г. был заключен мир. Наша страна получила Неву с Петербургом, Карелию, Лифляндию (Эстонию и Северную Латвию).

ИЗ КНИГИ В.Е. ШАМБАРОВА "КАЗАЧЕСТВО. Путь воинов Христовых".

Поделиться в соцсетях
Оценить

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

ЧИТАТЬ ЕЩЕ

ЧИТАТЬ РОМАН
Популярные статьи
Наши друзья
Авторы
Павел Турухин
Сергиев Посад
Николай Зиновьев
станица Кореновская, Краснодарский край
Юрий Кравцов
пос. Суземка, Брянская обл.
Наверх