С чисто военной точки зрения положение Донецкой и Луганской республик, отделившихся от Украины, выглядело безнадежным. Их защищали ополченские отряды — партизанские, кое-как вооруженные. А киевское правительство направило регулярные части с артиллерией, авиацией, бронетехникой. В самой Новороссии оставались украинские гарнизоны, удерживали аэропорты и другие ключевые объекты. Начались обстрелы и бомбежки городов, жилых кварталов, погибали женщины и дети (и здесь, в отличие от Ливии или Сирии, «международное сообщество» никаких протестов не заявляло, санкциями и вооруженным вмешательством Украине не угрожало).

В нервной, шумливой семье Худяковых — происшествие: народился младенец по имени Антон. То-то было волнений, крика, когда их — роженицу и младенца — привезли домой… Радовались, конечно, но и шумели, и нервничали тут же — стыдились радоваться: у Антона нет отца. То есть он, конечно, есть, но пожелал остаться неизвестным. Семья Худяковых такая: отец Николай Иванович, сухой, пятидесятилетний, подвижный, как юноша, резкий…

Сидит в буфете за кулисами ещё не старый, очень знаменитый актёр. С ним за столиком четыре женщины: первая жена, вторая, та, с которой сейчас живёт и четвёртая, любовница, с которой сегодня ночевал. И все жёны эту любовницу допрашивают. Спал он с ней, не спал, это никого не интересует, всех их (а они все Лёню любят) волнует его здоровье. Ему плохо. Держится за сердце, за желудок, за печень, за голову.

Агрессивная кампания преследования О.А.Платонова и Института русской цивилизаций есть ничто иное, как антирусская и антиславянская кампания, искусно срежиссированная прозападным русофобским лобби, окопавшимися во властных структурах Российской Федерации с целью уничтожить этот институт, пока единственный в России уникальный русский исследовательский, научно-просветительный и издательский центр.

Я стала спокойней...
На то ушли годы...
Я стала спокойней,
Пройдя сквозь невзгоды...

В Запорожской области, в Мелитополе старший лейтенант полиции отказался соблюдать правила карантина и социальной дистанции. Зайдя в супермаркет — он не надел маску, из-за чего неравнодушные посетители вызвали полицию.

А, действительно, за что? Я, человек с двумя высшими гуманитарными образованиям (литературным и богословским), скрупулезно ознакомившись с предложенными поправками в Конституцию РФ, так и не разобрался в их сущности. Особенно та основная часть поправок, которая касается реорганизации власти, для меня так и осталась «темным лесом».

Последователи движения "Черная жизнь - значима" начали компанию в Великобритании по отмене ордена архистратига Михаила и Великомученика Георгия Победоносца. Они отмечают, что Архистратиг наступил на дьявола, как на Флойда в Америке. Собрано уже более 2000 подписей с требованием убрать Архистратига Михаила как расиста.

Дело было так. В день начала войны (22 июня) группа граждан мирно двигалась с площади Сахарова к Могиле Неизвестного солдата. На полпути людей встретила полиция и рассеяла на отдельные группы. Некоторым удалось пройти через Никольскую, и выйти к памятнику Жукову.

...Для нас, воспитанных на высоких образцах русской классической литературы, авторитет Пушкина незыблем. Мы боготворим наших классиков и пытаемся передать нашу любовь своим ученикам. Не перестаю удивляться отношению молодого поколения (я имею в виду обычных детей 10 – 15 лет) к русской классике.

Писатель Дмитрий Перетолчин рассказывает о том, как многогранно могут сказаться на нашем будущем карантинные меры, предпринимаемые сейчас.

Придет антихрист в падший мир,

Как в ожиданьи, как в тревоге,

Когда народ во тьме квартир

Забудет с радостью о Боге.

Не так давно у нас в Запорожье прошла православная выставка. Пробегая по книжным прилавкам современной православной книгопечатной продукции, прислушиваясь к разговорам книготорговцев, я удивлялся и возмущался одновременно. «Адам, где ты? — спросил Бог в Раю нашего праотца. — Очнись, посмотри на себя, где ты оказался? В каком жалком и ничтожном виде теперь ты, Царь Земли, в кого ты теперь превратился?».