«Ковид-вакцина» – это план,
Всемирный план террористический!
А кто поверил в СМИ-обман,
Навряд ли здрав уже психически.
Бессмертие – у каждого своё.
Зато безжизненность – одна на всех.
И молнии внезапное копьё
Всегда ли поражает лютый грех?
То что было, есть и будет,
То, что помнить нам невмочь
Не минует, не убудет,
Всеми бедами нагло отпетый,
Виноватый во всём без вины,
Я скажу: нет прекраснее этой
Разорённой,
несчастной страны.
Я сегодня видел ваши звёзды.
Вы в толпу кидали сновиденья.
Рассужденья о былом и вечном,
планы, обещания и ложь.
Земля, ты столько бережешь
в себе, за пазухой шинели –
сошник, подкову, царский грош,
жестянку из-под карамели –
любви и времени осколки,
Да, она предательства не вынесет,
Да, она, конечно же, умрёт.
Потому что вы – её родители,
А она – ваш нежеланный плод.
Да замолчи ты, неприкаянный вещун,
Не провожай меня на пепелище –
Я сам туда дорогу отыщу
Ветры осенние катятся по полю
Там, где восходит дорога на небо.
Снова на кладбище плачут под тополем, –
Несовместимы живое и небыль.
У любви улыбки лепестковые
в день июля, жаркий как вино,
у любви за крепкими засовами
тихо дремлют злато и зерно
Может, потому, что Русь Святая
Им виднее в Китежской воде,
Журавли, над миром пролетая,
Не курлычут больше так нигде…
« Ну в чём национальная идея?»
Спросил на рынке я у продавца,
А он в ответ, нимало не краснея,
Обвесил при продаже холодца.
Под Сасово я видела ковыль –
в степи, за городом, где вал идёт старинный.
Он был белёс, как водяная пыль,
и он хранил диковинную быль,
и опыт предков, и напев былинный.
Кто в жилетку друзьям не умеет рыдать,
И свой крест одиноко по жизни несет,
Не обученный лгать и привыкший прощать,
Тот по чести в бесчестное время живет.
Ну и ладно, что нет перспективы,
С неба звёзд не ловлю на бегу,
Что другие сегодня на диво
На экране, в чести, на слуху.
И писать ничего не хочется
И не знаешь чего хотеть.
Благодатное одиночество –
Громогласных кимвалов медь.
Не до смеха мне, не до смеха,
Горечь горечью запеклась.
До сих пор отдаётся эхом,
Вся квадратная ипостась.